I узаконивание перепланировки в судебном порядке

Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей ... которая истощает страну и тратит свое богатство на Западе. Германия должна услышать этот призыв"- Глава партии СвДП Кристиан Линднер Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей • r/liberta. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с ... Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей • r/liberta. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с ... Закладки волгоград купить украина. 2020.10.10 20:09 iamgsn Закладки украина купить волгоград. Бренд «Ревилайн» в Волгограде представляет новые звуковые щетки Revyline RL 030 по демократичной цене. Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей • r/liberta. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с ... Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей • r/liberta. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с ... Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей • r/liberta. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с ... Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей • r/liberta. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с ... Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей • r/liberta. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с ... Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей • r/liberta. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с ...

2015.06.22 15:26 VasilyLupin I узаконивание перепланировки в судебном порядке

Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с гарантированной свободой. Сообщество превыше всего, модераторы – помощники сообщества. Обсуждаемые темы: политика, новости, Россия, Беларусь, Украина, власть, оппозиция.
[link]


2020.10.08 17:26 GazetaPravda I узаконивание перепланировки в судебном порядке

Старлей не озолотился на РЛС. Офицера осудили за хищение электронных плат с драгметаллами В Алтайском крае военный суд рассмотрел уголовное дело бывшего начальника радиолокационной станции (РЛС) старшего лейтенанта Анатолия Колнаузова. Офицер обвинялся в том, что снимал с РЛС, не стоящей на боевом дежурстве, электронные платы с драгметаллами и сдавал их как лом. В 1 тыс. радиодеталей, которые за несколько лет службы отнес скупщикам старлей, одного только золота содержалось больше полкило. Анатолию Колнаузову присудили четыре года колонии общего режима, штраф 200 тыс. руб., лишили звания, а после оглашения приговора взяли под стражу. С предъявленным обвинением он не согласился.
https://preview.redd.it/4vbghbzznwr51.png?width=600&format=png&auto=webp&s=465f7dc5ba5a411613ca60185b6ecc4c25d660e2
В Барнауле гарнизонный военный суд огласил приговор 35-летнему Анатолию Колнаузову — экс-начальнику РЛС, входящей в состав 341-го радиотехнического полка (он контролирует воздушное пространство над Сибирским федеральным округом). Расследование этого уголовного дела началось в июле 2019 года. Основанием послужили материалы, собранные контрразведчиками Центрального военного округа. Согласно им, старший лейтенант Анатолий Колнаузов, служивший в воинской части под Славгородом, похищал радиодетали и кабель, содержащие драгметаллы, и по дешевке сдавал их скупщикам как лом.
Проведенная в воинской части ревизия подтвердила крупную недостачу. Следствие выяснило, что более 700 электронных плат офицер снял с РЛС, не стоящей на боевом дежурстве. Почти 400 деталей, говорится в деле, он украл со склада. Список похищенного имущества уместился на нескольких страницах. Военные следователи возбудили уголовное дело по двум эпизодам ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата в крупном и особо крупном размере).
По подсчетам, радиодетали, которые за несколько лет службы успел похитить и продать начальник РЛС, помимо цветного металла содержали почти 0,6 кг золота, 137 г платины и 30 г палладия.
Ущерб Минобороны России составил около 2,6 млн руб.
Отметим, что бывшие сослуживцы характеризовали старшего лейтенанта в отставке главным образом с отрицательной стороны. Они отмечали его низкую исполнительность, заявляли, что тот безразлично относился к закрепленной за ним военной технике, сам нуждается в постоянном контроле.
Во время следствия Анатолий Колнаузов подал рапорт об увольнении.
Выдвинутые против него обвинения бывший военнослужащий отрицал, утверждая, что украсть детали к РЛС мог кто угодно.
Отключенная станция, по его словам, находилась на периферии воинской части, вход в нее не просматривался со стороны.
Однако показания свидетелей, которые те дали в судебном процессе, и другие доказательства подтвердили версию следствия. Трибунал назначил обвиняемому четыре года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима (прокуратура просила для него семь лет) и штраф в размере 200 тыс. руб. В качестве дополнительного наказания бывшего начальника РЛС лишили звания «старший лейтенант» и установили запрет на два года занимать должности на муниципальной и госслужбе. После оглашения приговора экс-офицера взяли под стражу в зале суда.
отсюда
submitted by GazetaPravda to RussNews [link] [comments]


2020.09.16 16:26 svisshome I узаконивание перепланировки в судебном порядке

О судебном письме уведомят по электронной почте submitted by svisshome to u/svisshome [link] [comments]


2020.09.04 09:52 Alex_Jew Не знаешь меры — пойдешь на нары. Как прошло заседание суда, где Михаил Ефремов все-таки признал вину — а прокуратура попросила посадить его на 11 лет. Репортаж Кристины Сафоновой

Не знаешь меры — пойдешь на нары. Как прошло заседание суда, где Михаил Ефремов все-таки признал вину — а прокуратура попросила посадить его на 11 лет. Репортаж Кристины Сафоновой 3 сентября в Пресненском суде состоялись прения по делу Михаила Ефремова — а сам он выступил с последним словом. Сторона обвинения посчитала полностью доказанной вину актера в ДТП на Садовом кольце, в котором погиб 57-летний курьер Сергей Захаров. И запросила для него практически максимальный срок — 11 лет колонии общего режима. Адвокат Ефремова Эльман Пашаев заявил, что такой срок может объясняться политическими мотивами. О предвзятости высказался и Ефремов. Но все же признал свою вину — впервые за весь судебный процесс. О ходе заседания рассказывает спецкор «Медузы» Кристина Сафонова.
https://preview.redd.it/lj9dygo3s3l51.jpg?width=980&format=pjpg&auto=webp&s=c1e31bb566d65dc1e24919b525937dad682da5b5
«Большой актер оказался таким маленьким человеком» Перед началом прений адвокат Эльман Пашаев говорит журналистам, что его подзащитный сегодня признает вину. На предыдущих заседаниях актер всех уверял, что ничего не помнит.
«Мы два дня с Ефремовым общались, — рассказывает адвокат. — И Ефремов хорошую фразу сказал. Говорит: „В момент совершения преступления народ вынес мне приговор. Я — заслуженный артист народа. И я был готов понести наказание по приговору народа, уже когда было совершено преступление“».
Заседание действительно начинается с признания Михаила Ефремова. Когда судья Елена Абрамова спрашивает, готов ли он продолжить процесс без участия второго защитника Елизаветы Шаргородской (она сегодня в суд не пришла), актер соглашается и пытается сделать заявление. «Я признаю свою вину», — говорит Ефремов. Но судья прерывает — сейчас время выступления в прениях стороны обвинения.
Гособвинитель Диана Галиуллина, девушка с длинными темно-русыми волосами, первым делом напоминает, что наказание по части 4 статьи 264 УК, вменяемой Ефремову, ужесточено: раньше максимальный срок по ней был семь лет, но теперь — 12.
Обвинение считает вину актера в аварии полностью доказанной. Гособвинитель отмечает, что практически все свидетели рассказали: за рулем джипа был именно Ефремов. Их слова подтверждают видеозаписи. При этом во время экспертизы в машине не нашли неисправностей, а в крови актера обнаружили алкоголь и наркотики.
Показания свидетелей защиты гособвинитель считает сомнительными. И поясняет, что свидетель Теван Бадасян, который якобы видел еще кого-то в джипе, не был в Плотниковом переулке, где Ефремов сел за руль. Его слова опровергла видеозапись с камер наблюдения, установленных в переулке.
У другого свидетеля — Александра Кобца, рассказавшего, что за рулем джипа сидел не Ефремов, а известный человек, чье имя он вспомнить не может, — плохое зрение, отмечает Галиуллина. И его показания тоже не соответствуют видеозаписям с камер наблюдения. Аналогичная ситуация с показаниями его друга Андрея Гаева.
«Мы достоверно не знаем мотивов, по которым данные свидетели пытались спасти Михаила Ефремова. Но установлено, что их показания не соответствуют действительности», — резюмирует гособвинитель.
Михаил Ефремов что-то пишет в блокноте и не смотрит на гособвинителя. С блокнотом в зале сидит и его друг — художник Евгений Митта. Кроме него в зале заседаний только журналисты.
Вздыхая, Митта рисует одного за другим участников процесса. На каждый портрет у него уходит всего несколько секунд: сосредоточенный Эльман Пашаев; бдительный судебный пристав, выражение лица которого невозможно рассмотреть из-за маски; гособвинитель с длинными распущенными волосами; адвокат Александр Добровинский с тенью под носом; как будто грустная судья Елена Абрамова и еще более печальный Михаил Ефремов.
«Ефремов виновным себя не признал, ссылаясь на отсутствие памяти, — продолжает выступление Галиуллина. — Хотя во время следствия давал признательные показания и раскаялся в содеянном. Как мы видим, поразительная забывчивость и избирательность памяти Ефремова возникли не сразу».
Несмотря на это, прокуратура просит суд учесть смягчающие обстоятельства: у Ефремова трое несовершеннолетних детей, а у него самого есть проблемы со здоровьем. Кроме того, он занимается благотворительностью, имеет государственные награды, а также перечислил по 200 тысяч рублей каждому потерпевшему по делу. При этом все потерпевшие, кроме старшего сына Сергея Захарова Виталия, отказались от этих денег.
«Жизнь человека представляет высшую ценность. Полностью возместить моральный вред, нанесенный в результате потери близкого человека, невозможно, — продолжает гособвинитель. — По глубокому убеждению стороны обвинения, первыми шагами к исправлению являются осознание своей вины и искреннее раскаяние, чего мы, к сожалению, в судебном заседании не услышали».
Исправление Ефремова, считает прокуратура, невозможно без реального наказания. «Звание заслуженного артиста не дает права ездить за рулем пьяным», — говорит Галиуллина. И просит приговорить актера к 11 годам колонии общего режима. А также взыскать с него в пользу сына Сергея Захарова Виталия 500 тысяч рублей, в пользу остальных потерпевших — по одному рублю (они сами настояли на этой сумме, подчеркнув, что им не нужны деньги от Ефремова).
Услышав запрошенный срок, художник Евгений Митта тяжело вздыхает. И вскоре покидает зал.
Следующими в прениях выступают представители потерпевших. Первой слово берет адвокат Ирина Хайруллина — вместе с Александром Добровинским и Анной Бутыриной она представляет интересы вдовы, младшего сына и брата Сергея Захарова.
Хайруллина отмечает, что до аварии все знали Михаила Ефремова «как большого актера», а его гражданская позиция «была кому-то близка, а кому-то нет, но тем не менее впечатляла»: среди прочего Ефремов занимался политической сатирой в проекте «Гражданин поэт».
«Но сегодня мы не можем говорить об этих обстоятельствах: ни о его известном родстве, ни о былых заслугах, — продолжает адвокат. — Закон един для всех: и для простого курьера службы доставки, и для народного артиста России».
Хайруллина вслед за стороной обвинения повторяет, что вина Ефремова доказана. А заявления его защитников, что в смерти Сергея Захарова виноват кто-то другой — медики, прохожие и даже сам Захаров, — говорят, что «Ефремов готов воспользоваться любой лазейкой, чтобы уйти от наказания». По словам адвоката, семья Захарова могла бы смягчиться, если бы подсудимый раскаялся и принес извинения, но этого не случилось.
«Показания [друга Михаила Ефремова и поэта Андрея] Орлова показались нам искренними. Мы взяли на себя смелость и попросили у него его стихи [написанные в день похорон Сергея Захарова], передали их потерпевшим. Вы даже не представляете, сколько у них благодарности за простое человеческое участие», — рассказывает адвокат.
— Поплачьте еще! — обращается к ней Эльман Пашаев. Но она не реагирует и подчеркивает, что потерпевших смутило поведение Ефремова в суде.
«Мы здесь не увидели Михаила Ефремова таким, каким его характеризовали свидетели: [его друзья] Никита Высоцкий, Татьяна Беркович и [жена] Софья Кругликова. Доброго, щедрого, готового помогать незнакомым людям. Возможно, он таким и является, но не по отношению к потерпевшим», — говорит адвокат и просит суд вынести справедливый приговор, который приведет «к неотвратимости наказания даже для такого известного человека».
Коллега Хайруллиной Анна Бутырина решает не останавливаться на уже прозвучавших доказательствах вины и обращает внимание суда на свидетелей защиты: Александра Кобца, Андрея Гаева и Тевана Бадасяна. Она говорит, что каждый из них «впечатлил несоответствием показаний». И просит не только не учитывать сказанное ими в суде, но и проверить их по статье о заведомо ложных показаниях.
Также Бутырина напоминает о том, что представители потерпевших каждое заседание слышали оскорбления от Эльмана Пашаева. А ей самой адвокат Ефремова якобы угрожал тем, что рано или поздно с ней «разберется». В связи с этим Бутырина уже обратилась в Следственный комитет.
«В данном процессе меня поразило поведение Пашаева и Ефремова, — продолжает адвокат. — На мой взгляд, такое поведение кощунственное и омерзительное, и такому поведению нет прощения».
Она, как и сторона обвинения, просит назначить подсудимому 11 лет колонии общего режима. Под конец речи Ефремов сидит, сильно согнувшись, его лицо почти касается стола.
«Михаил Олегович сам поставил себя в такую ситуацию. Кто не пьет из актеров? Кто не пьет из российских граждан? Есть такая у нас беда — мы выпиваем. Но выпил — не садись за руль. И если ты выпил, нужно ответить за свои действия», — добавляет адвокат старшего сына Сергея Захарова Татьяна Головкина. И подчеркивает, что заявление Ефремова о признании вины «запоздалое».
С ней согласен Сергей Аверцев, также представляющий в суде Виталия Захарова. Он указывает, что предложенная прокуратурой компенсация в 500 тысяч рублей (сам Захаров подал иск на 7,5 миллиона рублей) неприемлема. И призывает суд не считать дело Ефремова рядовым: «Сила Михаила Ефремова заключается в его популярности, его известности. В том, что его поступок, любое его слово находит отражение в сердцах и душах. Высказывания Ефремова заставили моего подзащитного чувствовать себя букашкой».
Последним из адвокатов потерпевших выступает Александр Добровинский. Он убежден, что в суде рассматривается не дело «заслуженного артиста, сына известных родителей», а дело «гражданина России Михаила Ефремова, совершившего преступление, повлекшее смерть уроженца Рязанской области Сергея Захарова».
«Из любимого нашей культурой кающегося грешника он решил превратиться в обычного преступника, желающего избежать наказания, — заключает адвокат. — Мне очень жаль, что большой актер оказался таким маленьким человеком».
«Зачем вам 11 лет? Что вы творите?» Речь адвоката Эльмана Пашаева оказывается самой длиной — и занимает около трех часов. Большую часть времени Пашаев говорит о деньгах. Он раз за разом повторяет, что именно сторона потерпевших устроила из процесса «шоу», «праздничное мероприятие» и «грязный театр». И именно оппоненты виноваты в том, что Ефремов не смог возместить потерпевшим моральный ущерб: адвокат Александр Добровинский запрещал своим доверителям общаться с Пашаевым и публично заявлял, что деньги актера они не примут. «Неоднократно мы пытались ездить, договариваться. Михаил каждый день спрашивал, что с потерпевшими. Я говорю: „Михаил, у нас не те потерпевшие, с которыми можно договориться“», — эмоционально рассказывает Пашаев.
И добавляет, что никто из родственников не приехал в больницу и морг к Сергею Захарову. «Человек в морозильной камере лежал, а они по телеканалам бегали, рассказывали на всю страну!» — возмущается Пашаев. При этом Пашаев искажает факты: в больнице был старший сын погибшего Виталий Захаров. Приезжала туда и москвичка Ирина Стерхова, с которой Сергей Захаров жил последние 20 лет. Законная жена Захарова Маргарита и младший сын Валерий не смогли приехать из Рязани в Москву, так как готовились к похоронам бабушки.
«Мы только искали правду, мы никогда истерику не устраивали», — наконец переходит к сути обвинений Эльман Пашаев. Он жалуется, что сторона защиты испытывала сложности при обращении к независимым экспертам — все они отказывались как-либо участвовать в процессе, объясняя, что «им запретили».
«Я не могу понять, что вы хотите. Зачем вам 11 лет? Ефремов неоднократно говорил: „Казните меня“. Что вы творите? Ефремов — известная личность, — Эльман Пашаев обращается к представительницам обвинения. — Сейчас везде будут писать: „Навальный в больнице лежит, теперь Ефремова посадят за позицию“. Вы понимаете, что будет? Зачем вы внутри нашей родины создаете дестабилизацию? Мы пришли в суд за справедливым приговором. Вы чем занимаетесь?» Гособвинитель Диана Галиуллина все это время смотрит адвокату Пашаеву прямо в глаза.
Недоволен адвокат и тем, что было сказано про найденных им свидетелей: «Я не понимаю, где в законе написано, что свидетели потерпевших говорят правду, а свидетели защиты врут?»
Пашаев уверен, что вина его подзащитного так и не была доказана: никто не видел, что Ефремов ехал за рулем пьяный. «Запоздалое признание вины — нет такой формулировки в Уголовно-процессуальном кодексе. Признает вину — плохо. Не признает вину — плохо», — говорит он.
У судьи Елены Абрамовой адвокат просит вынести справедливый приговор. «Ефремов столько для народа делал, откуда такая злость? — недоумевает Пашаев. — Когда Ефремов с утра до ночи пахал, он народ веселил. А как несчастный случай, он стал злодеем».
Защитник актера просит назначить наказание, не связанное с лишением свободы. А если это невозможно, то «хотя бы колония-поселение».
«Он с первого дня сам себя карает. Посмотрите во что человек превратился», — говорит напоследок Эльман Пашаев.
«Я сразу сказал, что не буду отмазываться» Михаил Ефремов от участия в прениях отказывается. Но решает выступить с последним словом.
Актер сразу отмечает, что из-за популярности его судят не как «простого человека», а «по полной». И, как его защитник Эльман Пашаев, во многом винит адвоката семьи Захарова Александра Добровинского — например, в том, что процесс превратился в шоу, а с потерпевшими не удалось «помириться». При этом к самим потерпевшим, утверждает Ефремов, он негатива не испытывает. Даже наоборот — сочувствует и переживает за них.
«Я действительно сразу сказал, что я не буду отмазываться. И я поэтому здесь», — говорит актер. Он поясняет, что мог воспользоваться «телефонным правом» и тогда суд по его делу вообще бы не состоялся.
«Значит, я пошел в суд и не стал отмазываться, но и в этом я неправ. Я не признал вину — и в этом я неправ. Я хотел просто услышать, доказательства увидеть — неправ тоже, надо было признавать без доказательств, — немного раздраженно продолжает Ефремов. — Ну 11 лет, что, вам мало? В общем, я понимаю, что я неправ во всем».
Как и в начале заседания, он говорит, что признает вину и искренне раскаивается. Но при этом до сих пор сомневается, что действительно управлял машиной в момент аварии, так как не помнит этого. «Тут такие шикарные доказательства. Это, наверное, я сделал. Если это сделал я, я тем более не знаю, что делать мне дальше, — говорит Ефремов. — Я хочу сказать, что алкоголь — это, конечно, дикое зло. Надо знать меру всегда. Потому что если не знаешь меры, пойдешь на 11 лет на нары».
Актер просит прощения у семьи Захарова и читает стихотворение, которое написал на девятый день после смерти Сергея:
Сергей, я не прошу у тебя снисхождения,
Я омерзителен, пьян, ужасный, не человек.
Ты, к сожалению, не слышишь моего к тебе обращения,
Мне, к сожалению, не удастся вернуть тебя в этот век.
Господи, дай мне немного сил, а Сергею — рая!
Вот бы поговорить с ним, увидеть его, помолчать
Я же дошел до ручки, как в жизни дошел до края,
Есть на кого поставить Каинову печать.
А в завершение называет 11 лет, запрошенные для него прокуратурой, «смертным приговором». И просит судью исполнить его последнее желание — вынести «законный приговор». Судья Елена Абрамова объявляет, что огласят его утром 8 сентября.
отсюда
submitted by Alex_Jew to CIS_Politics [link] [comments]


2020.09.04 09:39 Alex_Jew I в перепланировки порядке судебном узаконивание

Он прозрел и посмотрел на демонстрации Суд продлил арест Сергея Фургала. Процесс закрыли — чтобы бывший губернатор не смог воспользоваться общественной поддержкой. Репортаж Анастасии Якоревой.

3 сентября Басманный суд в Москве рассмотрел ходатайство следствия о продлении содержания бывшего губернатора Хабаровского края Сергея Фургала под стражей. Перед заседанием Фургал обвинил следователей в давлении, а прокурор в ответ заявил, что бывший губернатор лично руководил группой киллеров, а теперь использует митинги в Хабаровске в своих интересах. Несмотря на возражения защиты и самого Фургала, суд провел заседание в закрытом режиме и решил оставить его под стражей до 9 декабря. За процессом наблюдала спецкор «Медузы» Анастасия Якорева.
Перед заседанием в коридоре собираются адвокаты Фургала. Их уже шестеро: в дело вернулся Борис Кожемякин, от услуг которого Фургал несколько недель тому назад отказался. Кто оплачивает его услуги, семья Фургала не знает, говорила ранее его бывший пресс-секретарь Надежда Томченко. Сам Кожемякин на этот вопрос «Медузы» также предпочел не отвечать. Ранее именно Кожемякин говорил, что Фургал якобы не одобряет массовых акций протеста в его защиту в Хабаровском крае.
Кроме него, у Фургала еще пятеро адвокатов: Александр Старцев, Михаил Карапетян, Николай Постников, Алексей Смирнов и Елена Бестужева.
Старцев тоже не говорит «Медузе», кто оплачивает его услуги — а также работу Карапетяна и Постникова. При этом, по его словам, она оплачивается не из средств народного фонда, о создании которого объявила сестра Фургала Галина. Собирать деньги в этот фонд пришлось потому, что все счета и наличные средства семьи арестованы, Фургал заявлял, что ему даже нечем оплачивать учебу младшего сына на коммерческом отделении факультета политологии МГУ.
У входа в зал появляется генерал-майор СК Юрий Буртовой, который ведет дело бывшего губернатора, — это худощавый подтянутый мужчина в форме. Адвокаты обмениваются с ним шутками и просят его оставить процесс открытым, он тоже отшучивается, говоря, что это он уговорил Фургала вернуть в дело «уважаемого адвоката» Кожемякина.
Перед началом заседания в зал заводят Фургала, он в строгом синем костюме и с черным портфелем — вероятно, это та же одежда, в которой его и задержали 9 июля в Хабаровске. Увидев в толпе сына Кирилла, он тянется к нему, но дорогу преграждают приставы.
Заседание начинается с ходатайства следователя Буртового — он просит сделать суд закрытым в целях безопасности участников процесса, потому что «от отдельных участников дела уже поступали просьбы обеспечить их госзащитой». Очевидно, он имеет в виду Николая Мистрюкова — бывшего партнера Фургала и основного свидетеля обвинения, который находится в СИЗО, — при этом у Мистрюкова диагностирован рак органов малого таза и он ослеп на один глаз из-за отслоения сетчатки. О том, что он взят под госзащиту, «Интерфакс» написал 10 июля со ссылкой на «информированный источник». А накануне заседания ТАСС со ссылкой на источник в правоохранительных органах написал, что Мистрюков заключил досудебное соглашение, признав вину и сообщив, что Фургал «является одним из организаторов убийства и покушения на убийство двух хабаровских бизнесменов».
Ходатайство следствия поддерживает прокурор Сергей Бочкарев — молодо выглядящий мужчина с безэмоциональным лицом.
— До сих пор не ликвидирована угроза, исходящая от обвиняемых, — заявляет он. — Более того, страх, который испытывают участники судебного производства, носит не голословный, а подтвержденный характер, поскольку в подчинении Фургала находилось структурное подразделение, занимающееся физическим устранением неугодных ему лиц.
Фургал просит у судьи Евгении Николаевой слова. Он держит в руках несколько листов, видимо, с текстом ходатайства, и очки. Судья разрешает ему высказаться.
— Я считал и считаю, что дело против меня политическое, мотивированное, направленное на устранение меня как неугодного руководителя, — говорит Фургал.
После этого он перечисляет возможные юридические основания для закрытия заседания: это разглашение государственной тайны или преступления в отношении лиц, не достигших 16 лет, или преступления против половой неприкосновенности. Следователь, по мнению Фургала, не указал, какое отношение к его делу имеет государственная тайна или лица, не достигшие 16 лет. На самом деле в этой статье есть еще один пункт: закрыть заседание можно, если это нужно для безопасности участников судебного разбирательства или их близких родственников.
— Уголовное дело имеет большой общественный резонанс, и жители Хабаровского края на протяжении почти двух месяцев выходят на многотысячные митинги с требованием открытого и гласного судебного разбирательства. Я считаю, что мнение людей нужно уважать, — продолжает Фургал.
Далее он начинает перечислять следственные нарушения: говорит, что следователь Буртовой давил на него в отсутствие адвокатов и склонял к даче признательных показаний по убийству бизнесменов Евгения Зори, Олега Булатова и покушении на убийство Александра Смольского. 21 августа Буртовой пригласил Фургала на беседу без адвокатов, показал досудебное соглашение с еще одним фигурантом дела — Андреем Кареповым — и «предложил облегчить душу, потому что все уже признались в совершенных преступлениях и заключили досудебное соглашение», говорит бывший губернатор.
Позднее, уже после заседания, защита Карепова сообщила корреспонденту «Медузы», что тот не заключал никаких досудебных соглашений и своей вины по-прежнему не признает. Ранее «Медуза» писала, что Карепов был избит по дороге из СИЗО «Лефортово» на допрос в СК. Его били люди в масках и без опознавательных знаков, требуя дать показания на Сергея Фургала. Сейчас его защитников не пускают к нему в СИЗО.
Фургал продолжает рассказывать, что следователь «в качестве угрозы» дал понять, что если он не признает вину, то к уголовной ответственности за мошенничество привлекут его бывшую супругу Ларису Стародубову и приемную дочь Екатерину, причем Ларису поместят в СИЗО «Лефортово» (там же находится и сам Фургал). Ларисе Стародубовой принадлежит 25% завода «Амурсталь». Бывшие топ-менеджеры завода Сергей Кузнецов и Дмитрий Козлов были задержаны одновременно с Фургалом по обвинению в покушении на мошенничество на заводе.
— Ваша честь, когда люди выходят на улицы с требованием разобраться, что происходит, мы должны — обязаны! — показать, что нам скрывать-то нечего. Ваша честь, я прошу, руководствуясь законом и справедливостью, оставить суд открытым. Я считаю, что избиратели — сотни тысяч моих избирателей — имеют право знать, что происходит. 16 лет я, работая депутатом Госдумы и губернатором Хабаровского края, кроме поощрений и наград ничего не получал и вдруг я сейчас слышу, что мной была создана группа лиц, бригада, которая занимается убийствами неугодных людей. Знаете, в любой ситуации есть чувство меры и чувство какой-то определенности. Если делаются заявления, что кому-то угрожают, назовите фамилии этих людей. Восемь месяцев находясь на свободе, зная, что ведется следствие по мне, я не позволил себе никому ни угрожать, ни каким-то образом противодействовать следствию. <…> Я, конечно, понимаю, что когда идет политический суд, то законы уходят на второе место, но не до такой же степени.
Пока Фургал говорит, Буртовой внимательно смотрит на него, на лице его легкая улыбка.
— Сергей Иванович, вы возражаете, все понятно, — прерывает его судья Николаева.
Следующим выступает адвокат Кожемякин. Он поддерживает ходатайство Фургала:
— Попытка закрыть судебное заседание — это подготовка общественности к тому, что судебное разбирательство пройдет в закрытом режиме. Никто не будет знать, что происходит, как происходит, насколько справедливо, — говорит он. Основания для закрытия — только 241-я статья УК РФ, а она не дает оснований закрывать процесс, подтверждает Кожемякин выкладки Фургала: адвокатам никто не угрожает, Фургал просит об открытом процессе, а других участников в суде нет, потерпевшие в суд не явились, да и их имена давно известны из СМИ.
— У нас руки связаны, мы ничего не можем огласить, — жалуется Кожемякин. — Но у нас замечательный пресс-центр СК, замечательные источники, которые — я не успел еще до дома доехать, как мне рассказали… — закончить он не успевает.
— Борис Аркадьевич давайте по существу, — судья Николаева прерывает и его.
— Я по существу, потому что когда ты в судебном заседании узнаешь про новые обвинения, которые раньше не предъявлялись (Кожемякин имеет в виду слова прокурора о создании Фургалом структурного подразделения, занимавшегося физическим устранением людей, — прим. «Медузы»), то это воздействие на суд прежде всего, — отвечает ей Кожемякин.
— Никакого воздействия, я вас уверяю, — безэмоционально отвечает ему судья.
После защиты Фургала снова выступает прокурор Бочкарев.
— Хотел бы также обратить ваше внимание, уважаемый суд, что относительно политической подоплеки — этот вопрос также раньше выяснялся, и присутствующие здесь защитники публично высказывались на этот счет, не усматривая никакой политической составляющей в деле (о том, что дело против Фургала не политическое, ранее говорил адвокат Кожемякин, — прим. «Медузы»). И сам Фургал об этом не высказывался. Сегодня я вижу, что он прозрел, он посмотрел на публичные демонстрации и вдруг, исходя из этого, пришел к выводу, что он великий государственный деятель… — говорит прокурор.
Последнее замечание вызывает бурные протесты у защитников. Они возражают, перебивая друг друга, но прокурор продолжает таким же бесцветным голосом:
— Сегодня Сергей Иванович вдруг решил использовать в своих интересах те общественные движения и мероприятия, которые происходят в Хабаровском крае, решил шантажировать…
— Я прошу сделать замечание! Что это такое за огульные обвинения, которые звучат из уст представителя Генпрокуратуры. Кто кого шантажирует? — возмущается адвокат Фургала Алексей Смирнов.
— Меня шантажируете как прокурора, — с напором продолжает обвинитель. — Тем, что, видите ли, общественность в Хабаровском крае что-то требует. Фургал ранее об этом не высказывался, более того, в своих выступлениях перед судом дистанцировался от всех тех общественных мероприятий, которые происходят в Хабаровском крае. Сегодня вдруг он решил себя позиционировать политическим деятелем, и, видите ли, следствие должно служить и демонстрировать результаты этой общественности. Когда соответствующая стадия наступит, эти результаты будут продемонстрированы, — обещает прокурор.
После этого прокурор Бочкарев говорит, что он надзирает за расследованием, проверяет законность каждого следственного действия и впервые слышит, чтобы на Фургала оказывалось давление. Все, что перечислял Фургал, — это «обычная следственная работа с обвиняемым».
— Ведь обвиняемый что декларировал, о чем перед судом свидетельствовал? Что он будет содействовать следствию, — укоризненно говорит обвинитель и оборачивается к «аквариуму», где сидит Фургал. — Но на каждый вопрос он отвечает в основной своей массе отказом от дачи показаний по существу.
На это замечание адвокаты отвечают выкриком «Ложь!», а сам Фургал шумно выдыхает и трясет головой.
— Вас не перебивали, будьте добры, воздерживайтесь, — урезонивает защитников Буртовой.
— Мы не перебиваем, мы высказываем возражения, мы имеем право… — отвечает ему адвокат Карапетян.
— Сохранивший достоинство оставляет за собой право быть человеком, — с загадочным видом отвечает ему Буртовой.
— Обвинение, давайте все-таки быть сдержанными, иметь уважение друг к другу, корректно высказываться, — пытается успокоить всех судья Николаева и практически без паузы говорит, что решила удовлетворить ходатайство следователя Буртового в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 241 — в целях обеспечения безопасности участников процесса и их родственников. Прессу просят покинуть зал суда. Заседание продолжается еще почти два часа,
В это же время Басманный суд рассматривает жалобу Артема Раевского, адвоката Карепова, якобы заключившего досудебное соглашение со следствием по делу Фургала. Его защитник жалуется на то, что следователь запретил адвокатам фотографировать материалы дела — очных ставок и показаний. Судья решил, что действия следователя и в самом деле незаконны и защита имеет право переснимать материалы.
Когда закончилось заседание у Карепова, в заседании по Фургалу тоже случился перерыв — судья удалилась для вынесения решения, а приставы вывели Фургала в уборную. На первом этаже он столкнулся с сыном Карепова Тимуром и другими родственниками.
— Иваныч, досудебки [досудебного соглашения со следствием] нету, ничего он не заключал, — наперебой говорят они бывшему губернатору и добавляют: — Я/Мы Сергей Фургал!
После того, как Фургал возвращается в зал, туда же приглашают слушателей на оглашение решения суда. Пока все ждут судью Николаеву, Фургал высовывается в окошко «аквариума» и кричит:
— Сонька, Сонька! — и машет рукой девушке, которая стоит рядом с его сыном Кириллом.
Судья оглашает решение: продлить срок заключения Фургала под стражей еще на три месяца — до 9 декабря. После этого адвокат Кожемякин говорит прессе, что Фургал хотел бы, чтобы его дело рассматривал суд присяжных.
Незадолго до оглашения решения одна из журналисток успевает спросить Фургала:
— Дело против вас политическое?
Приставы одергивают ее, но Фургал успевает ответить:
— Политическое.
отсюда
submitted by Alex_Jew to CIS_Politics [link] [comments]


2020.08.15 14:23 3aJlynuLLLa I узаконивание перепланировки в судебном порядке

Актер Михаил Ефремов отказался признать свою вину за ДТП со смертельным исходом в Москве, так как он не понял, как произошла авария. Об этом сообщил РБК адвокат актера Эльман Пашаев, комментируя публикацию протокола допроса Ефремова от 17 июня, в котором утверждается, что актер признает свою вину в совершении ДТП. «Я неоднократно говорил, что человек не понял, как было и что было. После такой дозы алкоголя как вы себе это представляете? Поэтому пришлось отказаться от признаний, и то я долго его уговаривал», — сказал Пашаев. В беседе с телеканалом RT Пашаев заявил, что изначально Ефремов ничего не понимал и не знал, поэтому признавал свою вину. «Потому что со всех сторон все говорили... Он признал свою вину. Около 20 дней я ночью работал, собирал доказательства, исследовал определенные материалы, только после чего, когда я с ним обсудил все эти моменты, мы отказались от признания вины», — сказал Пашаев. Он уточнил, что это произошло через восемь дней после совершения преступления. Адвокат объяснил, что после обсуждения всех обстоятельств с актером было решено отказаться от признания вины. Пашаев также сообщил, что Ефремов находится дома после госпитализации с инсультом. «Он уже дома, я прилетел ночью. Сегодня узнаю, как у него дела. Просто созвонились, я спрашивал, как дела, говорит: «Уже дома». Уже не хотелось состояние обсудить по телефону, думаю, пускай, после больницы отойдет чуть-чуть, отдохнет. Сегодня вечером заеду», — заключил адвокат Ефремова. ДТП с участием Михаила Ефремова произошло 8 июня. Управляя автомобилем Jeep Grand Cherokee, актер выехал на встречную полосу на Смоленской площади и столкнулся с фургоном Lada, за рулем которого находился курьер интернет-магазина «Деликатеска» Сергей Захаров. Он получил множественные травмы. В тяжелом состоянии Захарова доставили в больницу, однако на следующий день он скончался. Согласно результатам медэкспертизы, в момент аварии Ефремов находился в состоянии алкогольного и наркотического опьянения. 9 июня суд отправил актера под домашний арест на два месяца. Ему предъявили обвинение в нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека и совершенном в состоянии опьянения (п. «а» ч. 4 ст. 264 УК). Сначала актер признал свою вину, а на судебном заседании заявил, что не признает ее, поскольку ничего не помнит. 30 июля суд продлил домашний арест актера до 22 января 2021 года. В ходе судебного заседания, состоявшегося 5 августа, Ефремов отказался признавать свою вину за ДТП. «Как же я могу признать себя виновным, если я ничего не помню?» — заявил тогда Ефремов. 12 августа Пашаев сообщил, что врачи столичной Боткинской больницы подтвердили инсульт у Ефремова. По словам Пашаева, актер находился в состоянии средней тяжести. Актера выписали из больницы 15 августа.
submitted by 3aJlynuLLLa to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.15 11:23 3aJlynuLLLa I узаконивание перепланировки в судебном порядке

Михаил Ефремов, которого 12 августа госпитализировали прямо из зала суда с инсультом, уже выписан из Боткинской больницы и вернулся домой. Об этом заявил РБК адвокат актера Эльман Пашаев. «Он находится дома», — сказал адвокат. Ранее в пресс-службе Пресненского районного суда РБК сообщили, что вопрос о том, сможет ли актер Михаил Ефремов участвовать в судебном заседании по делу о смертельном ДТП, в рамках которого ему предъявлены обвинения, будет решаться 18 августа. Материал дополняется
submitted by 3aJlynuLLLa to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.14 16:23 3aJlynuLLLa I узаконивание перепланировки в судебном порядке

Вопрос о том, сможет ли актер Михаил Ефремов участвовать в судебном заседании по делу о смертельном ДТП, в рамках которого ему предъявлены обвинения, будет решаться 18 августа. Об этом РБК сообщили в пресс-службе Пресненского районного суда, ссылаясь на ответ Боткинской больницы на его запрос. Адвокат Ефремова Эльман Пашаев в эфире «Первого канала» заявил, что судебное заседание по делу его подзащитного, которое назначено на 18 августа, может не состояться по состоянию здоровья актера. «Вы знаете, эта болезнь серьезная. Если его состояние не позволит, конечно, его не будет», — сказал Пашаев, отметив, что заседание перенесут. В среду, 12 августа, Пашаев заявил, что врачи Боткинской больницы диагностировали у Ефремова инсульт. За день до этого перед началом судебного заседания актеру стало плохо в зале Пресненского суда, и его решили госпитализировать. В связи с этим суд перенес заседание на 18 августа и направил в Боткинскую больницу запрос с уточнением диагноза актера. Авария с участием автомобиля Ефремова произошла 8 июня на Смоленской площади в центре Москвы. Машина Jeep Grand Cherokee на большой скорости выехала на встречную полосу, где столкнулась с фургоном Lada, за рулем которого был курьер Сергей Захаров. От полученных травм Захаров умер в больнице. Экспертиза выявила в крови Ефремова алкоголь и следы наркотиков. Ему предъявили обвинение в нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека и совершенном в состоянии опьянения (п. «а» ч. 4 ст. 264 УК). Сначала актер признал свою вину, а на судебном заседании заявил, что не признает ее, поскольку ничего не помнит. Ефремова поместили под домашний арест до 22 января 2021 года.
submitted by 3aJlynuLLLa to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.11 14:23 3aJlynuLLLa В узаконивание судебном порядке перепланировки i

Телеканал РБК показал в эфире видеозапись госпитализации из Пресненского суда с подозрением на инсульт актера Михаила Ефремова, обвиняемого в ДТП со смертельным исходом в Москве. На кадрах видно, как несколько полицейских, спускаясь по ступенькам суда, выносят актера на носилках, а затем кладут его на медицинскую тележку. Впоследствии Ефремова погрузили в машину скорой помощи. Во вторник, 11 августа, во время заседания по делу об участии Ефремова в ДТП, актер был госпитализирован из здания суда. «То, что мне известно — известно со слов врачей из бригады скорой помощи. Они увезли его, как я поняла, в реанимацию с подозрением на инсульт. В больницу нас не пустили, потому что там карантин. Стало плохо ему еще вчера, вчера он от госпитализации отказался», — заявила РБК адвокат Ефремова Елизавета Шаргородская. Накануне в беседе с РБК другой адвокат Ефремова Эльман Пашаев сообщил об ухудшении состояния здоровья своего подзащитного. По его словам, у актера возникли проблемы с сердцем. Актеру 9 августа вызывали скорую помощь, но он отказался от госпитализации. В конце июня Пашаев заявил, что его подзащитный перенес сердечный приступ. Тогда адвокат утверждал, что актер также отказался от услуг скорой помощи. По словам Пашаева, актер находился в подавленном состоянии. ДТП с участием Михаила Ефремова произошло 8 июня. Находясь за рулем автомобиля Jeep Grand Cherokee, актер выехал на встречную полосу на Смоленской площади и столкнулся с фургоном Lada, за рулем которого находился курьер интернет-магазина «Деликатеска» Сергей Захаров. Мужчина получил множественные травмы. В тяжелом состоянии его доставили в больницу, однако на следующий день он скончался. Согласно результатам медэкспертизы, в момент аварии Ефремов находился в состоянии алкогольного и наркотического опьянения. 9 июня суд отправил актера под домашний арест на два месяца. 30 июля суд продлил домашний арест актера до 22 января 2021 года. Представитель семьи Захарова Александр Добровинский сообщил о том, что сначала актер признал вину, а затем отказался от своих слов. На судебном заседании, состоявшемся 5 августа, актер не признал свою вину. «Как же я могу признать себя виновным, если я ничего не помню?» — заявил тогда Ефремов.
submitted by 3aJlynuLLLa to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.06 07:22 BadaBoomBabay I узаконивание перепланировки в судебном порядке

Актёр Михаил Ефремов доставлен в Пресненский суд Москвы для участия во втором судебном заседании по существу уголовного дела о смертельном ДТП, передаёт ТАСС.
Читать далее
submitted by BadaBoomBabay to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.05 16:23 3aJlynuLLLa Судебном перепланировки в i узаконивание порядке

Природоохранная прокуратура Красноярского края потребовала увеличить сумму иска к компании «Сисим» за загрязнение рек Сейба и Сисим до 424 млн руб. Об этом сообщается на сайте региональной прокуратуры. «По подсчетам специалистов Енисейского межрегионального управления Росприроднадзора, размер ущерба в стоимостном выражении превысил 362 млн руб. В ходе рассмотрения дела ущерб, причиненный загрязнением рек, пересчитан и составил более 424 млн руб.», — говорится в сообщении. Отмечается, что лабораторными исследованиями было установлено наличие в реках загрязняющих веществ, таких как железо, медь и цинк. Суд принял уточняющий иск прокурора, в судебном заседании объявлен перерыв. В октябре 2019 года у поселка Щетинкино произошел прорыв пяти дамб золотодобывающей артели «Сисим», в результате погибли 20 человек. Следственный комитет считает, что причиной прорыва дамб стали нарушения при проведении золотодобывающих работ. Было возбуждено уголовное дело о нарушении правил безопасности при работах, которое повлекло гибель людей (ч. 3 ст. 216 УК). Гендиректора артели, начальника горного участка и мастера предприятия «Сисим» арестовали.
submitted by 3aJlynuLLLa to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.03 04:44 Alex_Jew I узаконивание перепланировки в судебном порядке

Это же закон 19-го века, поэтому и ребенок рассматривается как собственность *** Длиннопост*** Елена Альшанская — о законопроектах, регламентирующих изъятие детей из семьи по решению суда
https://preview.redd.it/1aic7141wpe51.jpg?width=600&format=pjpg&auto=webp&s=14a4cbfa41530e5294b1091f8eff008d9ba1b1d5
В Госдуму поступило два законопроекта, которые могут изменить Семейный кодекс РФ и практику изъятия детей из семьи. Президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская изучила оба законопроекта и рассказала спецкору “Ъ” Ольге Алленовой, почему такие законы принимать нельзя.
«В большинстве случаев оценить эту угрозу смерти никто из участников процедуры не сможет»
— В Госдуму подано два законопроекта, которые касаются Семейного кодекса, детей-сирот, отобрания детей из семьи. Один написан депутатами Крашенинниковым и Клишасом, другой — депутатом Мизулиной. Как вы их оцениваете?
— Оба законопроекта поступили в Госдуму с разницей в пару дней. Первым свой проект подали в Госдуму Крашенинников и Клишас — в нем, по сути, всего лишь три пункта, сам документ на двух страничках. Они предлагают отбирать детей из семьи только по судебному решению. Опека должна подать в суд иск против родителей, суд в течение 24 часов должен рассмотреть это дело в присутствии родителей, психолога или педагога ребенка, если тот может высказать в суде свое мнение. И в результате такого процесса суд принимает решение об удовлетворении иска опеки или отказе. Предусматривается единственный вариант, когда опека может отобрать ребенка сразу же без суда,— если ребенку угрожает прямая опасность и опека может прогнозировать наступление смерти ребенка в течение ближайших нескольких часов. Но понятно, что в большинстве случаев ни один человек, даже медик, не сможет спрогнозировать смерть через несколько часов.
— То есть опека не сможет оценить реальную угрозу?
— В этом законопроекте я не вижу никакого механизма, на основании которого опека может сделать вывод, что ребенку в ближайшие часы угрожает смерть в семье. Да и в целом такой механизм невозможно себе представить даже чисто умозрительно. Какие должны быть критерии для такого вывода? Кто вообще может спрогнозировать такое? Как опека должна потом доказывать в суде, что она отобрала ребенка обоснованно?
— Если бьют ребенка, и это слышат соседи, а полиция и опека, войдя в семью, видят избитого ребенка в тяжелом состоянии…
— Да, в таком случае теоретически опека может решить, что избиение может закончиться смертью ребенка. Но как они могут это решать сами, да еще и определить, что смерть может произойти через несколько часов? Как это должна сделать опека и полиция непонятно, и, если опека «на глазок» определила угрозу неверно, ей влетит. Боюсь, не каждый специалист в такой ситуации захочет вообще в это лезть.
А сколько случаев, когда насилие над ребенком не так очевидно со стороны — и, если оставить ребенка в ситуации такого насилия дома еще на 24 часа, пока решение об отобрании примет суд, ребенок может погибнуть.
— Получается, что опека не сможет забрать ребенка никак, кроме как по суду.
— Да, и в общем выходит странная история. В законопроекте оставили возможность изъять ребенка из семьи немедленно только в случае угрозы смерти в течение ближайших часов, но в большинстве случаев оценить эту угрозу смерти никто из участников процедуры не сможет. И все отобрания будут происходить по суду. А если ребенок находится в реальной ситуации риска и опасности — мы все равно оставим его на 24 часа в семье, и это может плохо кончиться. С другой стороны, если мы действительно можем оставить ребенка в семье на 24 часа, значит, нет опасности для него в этой семье, и зачем тогда вообще его оттуда забирать? Вот это главные мои вопросы к этому проекту.
Ну и еще один аспект — в этом законопроекте сохраняется норма, по которой при отобрании ребенка из семьи опека обязана в семидневный срок подготовить документы в суд о лишении родительских прав или ограничении в них. Эта норма и сегодня действует в законодательстве.
Она приводит к тому, что опека часто не решается отбирать детей по 77-й статье ровно потому, что ей потом надо за неделю подготовить документы в суд.
С точки зрения бюрократии это очень сложно — специалистам опеки за семь дней нужно собрать серьезные аргументы для того, чтобы суд лишил прав или ограничил в них людей, которых они в первый раз увидели, когда вошли в их дом. Это должны быть серьезные доказательства, часто собрать их за неделю невозможно.
А если смотреть на этот законопроект с точки зрения родителей, то он опять же сильно несовершенен. Потому что ситуация опасности может быть разовой, экстренной, внезапной, не зависящей от родителей. Например, приходит опека, по дому ходит маленький ребенок, а родитель лежит в «отключке». Можно решить, что родитель — запойный алкоголик, ребенок предоставлен сам себе, и это для его жизни опасно. А может быть, родитель отравился чем-то, а в обычное время он хорошо заботится о своем ребенке. Вы, как специалист опеки, не можете знать, что именно происходит,— вы просто видите картинку. И в такой ситуации у опеки нет пути назад — она отбирает ребенка, потому что оставить его в такой ситуации дома опасно, и она обязана выйти в суд с иском против родителей. Пути назад у нее уже нет.
— Вы считаете, что нужна какая-то норма, позволяющая опеке вернуть родителям ребенка, если выяснится, что произошла ошибка с отобранием?
— Да, конечно, это необходимо. У нас вся ситуация с отобранием — это путь в одну сторону, на вывод ребенка из семьи. Если опека ребенка забрала, то никаких вариантов возвращения нет. Такой ситуации нет нигде в мире. И это очень мешает органам опеки нормально работать. Сейчас они решают, забирать или не забирать ребенка из семьи не на основании реальной угрозы, а на основании оценки своих возможностей — соберут или не соберут они документы для лишения или ограничения родительских прав?
— Допустим, родитель напился, ребенок брошен, ребенка забрали. Как, по-вашему, должна дальше работать система?
— Если родитель напился, надо выяснить, что с ним происходит — он уходит в запои? Он ходит с топором? Не заботится о ребенке? Он выпивает изредка, но не теряет контроль над собой и ребенком?
Может быть много разных ситуаций, и большинство из них не означает, что родитель больше никогда не должен быть с ребенком вместе.
Нужна программа работы — сначала проанализировать ситуацию, в которой оказалась семья, чтобы объективно оценить ее жизнь. Потом — составить план помощи семье. Если речь идет о поведении родителя, надо выяснить, можно ли работать с родителем, чтобы помочь ему изменить поведение. Если проблема — в условиях проживания, надо предложить план, как изменить эти условия, чтобы ребенку было комфортно в семье. То есть целью должно быть благополучие ребенка в семье, и вся система должна работать на то, чтобы помочь семье и ребенку соединиться.
У нас же сейчас отобрание — это цель, конечная точка, вывод ребенка из семьи навсегда. В нашем законодательстве, по сути, предусмотрено только такое реагирование на трудную ситуацию в семье. У нас невозможен вариант, когда родитель ограничен в правах, а ребенок с ними проживает, и родитель исправляется под контролем социальных служб. Или вариант, когда родителя ограничивают в каких-то решениях — например, родитель запрещал делать ребенку переливание крови, и в таком случае можно ограничить его в принятии решений, касающихся здоровья ребенка, но жить они могут вместе. — Возврат к судебной процедуре отобрания — это же попытка вернуться к советской системе в сфере опеки?
— В Советском Союзе тоже были разные этапы. Был этап в 1930-е годы, когда отбирали детей вне судебных процедур, но потом довольно долго отобрание было судебной процедурой. Потом, в конце 1990-х—начале 2000-х, это опять стало внесудебной процедурой — именно потому, что количество детей, которые оказывались в опасности в своих семьях, было таким огромным, что суды просто не справлялись с объемом этих дел, и нужно было упрощать процедуру. Ее сделали слишком простой и слишком неопределенной, когда органам опеки предложили действовать на глазок.
Эта система сохраняется и сейчас, ребенка можно забрать из семьи без суда, при этом нет каких-либо критериев, по которым это нужно делать, но обязательно нужно подать документы в суд на лишение или ограничение родительских прав.
— Каковы перспективы законопроекта Крашенинникова—Клишаса?
— Сама идея отобрания с участием суда разумна, но это должно быть судебное подтверждение отобрания после отобрания, а не до него. Поэтому, надеюсь, в таком виде он не будет принят. Его необходимо серьезно скорректировать. Нужно убирать из него обязательное требование для органов опеки подавать в суд на лишение или ограничение родительских прав, нужно внести туда обязательные социальные программы возвращения ребенка домой. Нужно четко обозначить, в каких ситуациях можно отобрать ребенка и что должно спровоцировать органы опеки на это решение. Должна быть в законе прописана и процедура расследования ситуации, в которой оказалась семья. Должны быть определены специалисты, которые в этом участвуют. А то сейчас в законопроекте возникает психолог или педагог уже в судебном процессе — это тоже хорошо, но такой специалист должен появиться задолго до суда и участвовать в исследовании ситуации в семье и в составлении программы для восстановления семьи и возврата ребенка.
Наконец, мы должны начать уже разделять две разные ситуации — насилие и жестокое обращение с ребенком, и социальные проблемы родителей, например их дезадаптированность, когда они не очень понимают про потребности ребенка, потому что сами выросли без родителей или в асоциальных семьях.
Вот если родитель ничего плохого с ребенком не делает, а просто не понимает, как за ним ухаживать,— зачем в его отношении применять те же меры, что и в отношении родителя, который издевается над ребенком? Или сравните ситуации: родители проживают в аварийном доме и тем самым создают угрозу жизни ребенка; родители ребенка приковывают к батарее или держат в будке с собаками. И в первом, и во втором случаях ребенка отберут, хотя в первом можно семье помочь и сохранить ее, а во втором речь идет о правонарушении, и там необходимо ребенка забрать. К сожалению, ни один закон или законопроект не предлагает решить эту проблему.
«Зато можно ограничить родителей в правах за антиобщественные действия»
— Законопроект, внесенный в Госдуму Еленой Мизулиной, называют результатом работы так называемых антиювенальщиков. Какого вы о нем мнения?
— Это 126 страниц текста, который, по сути, перекраивает весь Семейный кодекс, а также Гражданско-правовой кодекс.
Ключевое в нем вот что. Из Семейного кодекса полностью исчезают все упоминания жестокого обращения, насилия со стороны родителей, злоупотребление родительскими правами, кроме одной ситуации — когда родители втягивают ребенка в преступную или антиобщественную деятельность. А все остальное, похоже, им можно. Авторы вводят понятие «добросовестности родителей», которые по определению являются добросовестными, пока вы не доказали обратное через суд. Вроде бы это хорошо. Но, по сути, это означает следующее: до тех пор, пока суд не решил, что родители делают что-то плохое в отношении ребенка, никто не вправе их в этом обвинять, забирать у них ребенка и как-то его защищать.
В этом законе вообще никак не предусмотрено отобрание ребенка в ситуации угрозы его жизни. Оно там даже не упоминается. Отобрание там возможно только в ситуации, когда есть решение суда о том, что родитель лишен прав или ограничен в правах. А опека, по сути, выполняет роль судебных приставов, исполняющих решения суда.
Лишить и ограничить родителя в правах можно, только если он совершил умышленное преступление против жизни и здоровья ребенка или других членов семьи, и только в том случае, когда преступление доказано и есть судебное решение.
Эти люди описывают мир, которого не существует. Мир, в котором родители никогда не обижают своих детей, а есть только какие-то закоренелые преступники, и их судит наш самый справедливый в мире суд, быстренько доказывает вину, сажает их в тюрьму, и тогда после этого их лишают прав на ребенка.
— То есть родитель совершает преступление против ребенка, идет следствие, потом суд, который выносит решение, что родитель виновен, затем можно выйти в суд, чтобы лишить прав родителя, и только после этого — забрать ребенка?
— Да, похоже, авторы законопроекта видят это так.
— А где ребенок все это время должен находиться?
— Видимо, с родителями. Его же нельзя забрать без решения суда. Во всяком случае, я не увидела других вариантов для ребенка в этом законопроекте.
Хотя сами авторы утверждают, что допишут все эти аспекты в других, еще не опубликованных законопроектах, где роль органов, которые будут защищать права ребенка, отводится только полиции и следственным органам.
Ограничение родителей в правах авторы закона опять же предлагают по узкому количеству критериев — за неуплату алиментов, алкоголизм, отказ забрать ребенка из учреждения,— но среди этих критериев нет ничего, связанного с жестоким обращением в отношении ребенка. Есть только вовлечение ребенка в преступную или антиобщественную деятельность — за это родителя могут ограничить в правах или лишить прав. Антиобщественной деятельностью наше законодательство считает «действия физического лица, нарушающие общепринятые нормы поведения и морали, права и законные интересы других лиц». То есть это опять же не про самого ребенка, а про какие-то действия родителей, нарушающие нормы поведения и морали.
И меры реагирования защищают скорее общество, чем ребенка. Ребенок тут как бы получается ни при чем.
Это классический пример, когда с водой выплеснули ребенка.
— Там вообще не говорится про интересы детей?
— Права детей и их защита упоминаются в самом начале, как цель этого законопроекта, но дальше их не особо видно. Подробно есть что-то про права, связанные с проживанием в том жилье, которое есть у родителей, а также с участием в судебных процессах, где рассматривается судьба ребенка. Но в целом в этом законопроекте вообще не упоминается, что родители могут делать что-то плохое в отношении своих детей и что детям может угрожать какая-то опасность в семье и их как-то нужно от этого защищать. В реальности огромное количество детей, заброшенных в своих семьях, подвергающихся насилию, будут страдать и погибать, а мы ничего сделать не сможем.
«Этот законопроект расширяет возможности для киднепинга»
— Почему авторы не пишут про угрозу детской безопасности, как вы думаете?
— Как я уже говорила, в самом проекте ничего этого нет, но авторы объясняют это в СМИ так: все плохие действия родителей в отношении ребенка — это уголовное преступление, которым занимается полиция. Поэтому на всякое жестокое обращение и насилие нужно вызывать полицию, а не опеку. И пусть полиция занимается расследованием, заводит эти уголовные дела.
— Но у нас декриминализовано домашнее насилие. Даже если кого-то бьют в семье, полиция может и не вмешаться.
— Ну это по случаям побоев между взрослыми полиция не принимает решения, а по поводу побоев в отношении детей еще как принимает. Есть случаи, когда родители, которые побили своих детей, были осуждены по статьям 115, 116 УК РФ.
Приведу в пример историю. К нам обращалась женщина, мама-одиночка, воспитывает восьмилетнего ребенка. Ей тяжело с ним, ребенок с нарушениями поведения, свое поведение он демонстрирует в школе. Школа бесконечно вызывает ее на ковер, отчитывает, что она должна этого ребенка каким-то образом исправить. Мама не справляется. Она большую часть времени на работе, он приходит из школы и дома весь день один, вечером она начинает капать ему на мозг, потому что ей опять позвонили из школы, и все это никак не улучшает их отношения, а только ухудшает. В очередной раз ребенок набедокурил в школе, маму вызывает директор, на нее орут, она должна срочно что-то делать, иначе ее ребенка поставят на учет в КДН (комиссию по делам несовершеннолетних.— “Ъ”). Она приходит домой, она не знает, что ей делать, она достает ремень и бьет его. На следующий день этот ребенок идет в школу, у него физкультура, он снимает майку — все видят следы от ремня. Эта же самая школа вызывает опеку и полицию. Ребенка забирают в приют, а маму вызывают в полицию, где на нее орет следователь, что на нее заведут дело по 116-й статье, что она сядет, что ее лишат прав. И в этой ситуации рыдающая мама звонит нам.
Вот такое будущее рисует законопроект для семьи — при любой проблеме он предлагает подключать полицию, а полиция и следственные органы вряд ли будут особо разбираться в деталях семейных отношений и входить в положение мамы-одиночки. Могу предположить, что быстро появится статистика по количеству дел, которые они должны успешно закрыть по каким-нибудь параметрам, чтобы отчитаться о защите детей от жестокого обращения,— и мы просто получим вал вот таких историй, о которой я рассказала.
Потому что полиция — не социальная служба. Она не будет вникать, что это мама-одиночка, что ей никто не помогает, потому что нет в стране адекватной системы помощи семьям в трудных жизненных ситуациях, что школа не умеет работать с трудными подростками.
Полиция не будет искать способы, как этой маме помочь справиться с ситуацией, получить поддержку. У полиции другие задачи — они должны правонарушения предотвращать или наказывать правонарушителей. Поэтому полиция просто заведет уголовное дело, влепит маме судимость, а может, и срок, и все, дальше займется своими делами. Никто не будет думать, что ребенок с трудным поведением в детдоме останется навсегда, что семья разрушена, хотя ей можно было помочь. Привлекать полицию в семью при любых нарушениях прав детей — это просто какой-то оксюморон.
— Кто лоббирует этот законопроект?
— Не могу точно сказать. Похоже, часть общественных организаций и объединений, которые называют себя антиювенальщиками. Поэтому они никак не упоминают насилие родителей в отношении ребенка.
А еще они заложили в закон право для каждого родителя отдать своего ребенка на воспитание — в любой детский дом, в любое социальное, медицинское учреждение — на любой срок, без потери родительских прав, по широкому кругу оснований, например по причине «разъездной работы». Просто сдал ребенка и все, и у ребенка уже нет декларируемого ими права на семью, устроить его в другую семью нельзя.
— Так это же противоречит постановлению правительства РФ №481 о реорганизации сиротских учреждений.
— Да, это полностью противоречит постановлению №481, в котором говорится, что родитель может отдать ребенка в сиротское учреждение только временно в связи с трудной жизненной ситуацией и обязан участвовать в его воспитании и содержании. «Временно» — обязательное требование. Это может быть месяц, три месяца, полгода. Но не три года. А в этом законопроекте нет ограничений срока, написано, что срок указывает родитель.
Также они предусматривают право родителя доверить воспитание ребенка третьему лицу, и для этого не нужно вообще никаких документов. С одной стороны, они пытаются решить действительно серьезную проблему, связанную с тем, что детей часто оставляют у бабушек или других родственников. Сегодня, если на бабушку не оформлена опека, а ребенок находится у нее, опека может прийти к этой бабушке и забрать ребенка, у нас есть такие случаи, это безумие. Бабушка должна оформлять опеку, а для этого надо снять опеку с мамы, а мама, может быть, просто работает вахтовым методом, получается все время надо снимать-возвращать опеку?
В этом случае закон вообще не урегулирован, и мы тоже давно говорим, что эту проблему надо регулировать. Но не так, как предлагает этот законопроект. В нем говорится, что не нужно никакого вообще оформления, и отдать ребенка можно на любой срок, хоть до его 18-летия, причем любому лицу, не только родственнику — без оформления опеки, без письменного согласия, без нотариальной доверенности для передачи ребенка третьему лицу. Просто вот передать и все. А это означает, что любой родитель, независимо от степени адекватности, может передать ребенка любому постороннему человеку, например, незнакомцу на улице, или в секту его отдать — на всю жизнь, без ограничения сроков. И никаких документов не надо, и не надо доказывать, что это третье лицо для ребенка безопасно. Этот законопроект расширяет возможности для взаимного родительского киднепинга, который и сегодня процветает.
— Так можно и в рабство ребенка отдать.
— Так это же закон 19-го века, поэтому и ребенок рассматривается как собственность. Когда я его читала, у меня было ощущение, что они переработали законодательство 19-го века. Там, например, опекунам дается право пользоваться имуществом, то есть деньгами, жильем опекаемого, можно получать опекунское вознаграждение из выгоды от использования имущества опекаемого — то есть не государство платит ему вознаграждение, а опекун берет деньги, которые, например, у ребенка есть на счете, и за эти деньги он его опекает. Так было в 19-м веке, когда, по сути, опека назначалась над имуществом и какой-то процент от имущества опекун получал и на эти деньги жил. Вот этим законопроектом пытаются ввести такую схему и сейчас.
Они даже не думают про то, что таким законом создается институт корыстного опекунства.
Ребенок в картине авторов законопроекта — вещь, которую не нужно защищать и с которой собственник имеет полное право делать все, что захочет.
Родитель может отдать его кому угодно, не теряя свои родительские права, при этом никто не следит за жизнью ребенка, неизвестно, где, как и с кем он живет, потому что у нас презумпция добросовестности, опека туда не лезет, если не совершено преступления, на которое уже могут реагировать полиция и суд.
— Еще в законопроекте предлагается называть родителями только кровных родителей, а опекуны, усыновители — это уже не родители.
— Да, они пишут, что родителями можно называть только кровных. Это, конечно, глупость, но не думаю, что это серьезно повлияет на что-то. В семье так и будут называть приемных родителей мамой и папой, отношения между родителями и детьми это не изменит, а в документах родителями будут только кровные.
— Думаете, такой законопроект может быть принят Думой?
— Я уверена, что нет. При всей абсурдности нашего действующего законодательства до такой степени абсурда наша страна все-таки еще не докатилась. Так наплевать на защиту детей, сказать, что мы больше не будем защищать ни одного ребенка в нашей стране — нет, я думаю, на это государство точно не пойдет.
отсюда
submitted by Alex_Jew to RussNews [link] [comments]


2020.07.19 04:40 Alex_Jew I узаконивание перепланировки в судебном порядке

Адвокат: «Фургал жестко изолирован, никакого призыва к этим шествиям от него не поступало» На митинг 18 июля в поддержку Фургала в Хабаровске, по разным оценкам, вышли от 15 тысяч до 50 тысяч человек, мэрия сообщила меньшие цифры — до 10 тысяч
https://preview.redd.it/ui9ozgqctqb51.jpg?width=590&format=pjpg&auto=webp&s=7ec15ac7263f33d2bcda9d7c260513e17f93adca
В Хабаровске 18 июля прошел очередной несанкционированный митинг в поддержку Сергея Фургала. На улицы города вышли десятки тысяч человек — по разным оценкам от 15 тысяч до 50 тысяч. На официальном сайте мэрии города названа цифра до 10 тысяч человек.
В этот раз пришло много пожилых людей, несмотря на 30-градусную жару. Полиция не вмешивалась, хотя митинг проходил у здания краевого правительства и не был согласован местными властями. Хабаровчане прошли шествием по улицам города и вернулись на площадь к администрации. Многие были в футболках и с флажками с надписями в поддержку главы региона. Протестующие требовали освободить Фургала.
Жительница Хабаровска Анна говорит, что вышла на митинг потому, что разделяет «мнение всего края о том, что арест был политическим актом, а не уголовным».
— Вышла я сегодня, ровно как и неделю назад, потому, что я разделяю мнение всего края о том, что арест был политическим актом, а не уголовным или еще каким-нибудь. И соответственно, весь край оскорбляет данный факт, и мы хотим поддержать нашего честно избранного губернатора. Дороги сегодня не перекрывали, то есть полиция не останавливала. Никаких эксцессов автомобильных не было, потому что в основном все поддерживают это движение и с пониманием относятся к тому, что люди выходят и выражают свой протест. Еще очень жарко у нас сегодня, когда мы шли, было 29 градусов. Занял полтора часа весь этот маршрут, и народу было все-таки поменьше, чем на прошлой неделе. Я думаю, что сегодня было около 20 тысяч человек.
— Будут продолжаться похожие шествия на следующей неделе, завтра, может быть?
— Будут. Завтра, я думаю, что-то будет в течение дня, а по будням вечером после работы люди начинают собираться тоже на площади Ленина.
Хабаровчанин Дмитрий Шешнев говорит, что, по его оценкам, на площади было 15-20 тысяч человек.
«Кто-то проходил шествие и уходил домой, кто-то оставался на площади Ленина. Навскидку именно на площади было тысяч 15-20, может быть, больше. Если посмотреть онлайн-камеру Хабаровска, площадь Ленина огромная, она была полная народу, хотя опять камеры почему-то отключились. Камера показывала другой день, как всегда, пустая, на площади ничего не происходит. У нас, кстати, это уже не первый раз. Огромный поток взрослых людей был. То есть выходили и 80-летние люди, и 70-летние люди, бабушки, дедушки с плакатами стояли. Был Комсомольск-на-Амуре, региона три-четыре точно приезжали в фирменных футболках, со своими плакатами. Раздавали воду люди, не какие-то предприниматели, это простые люди из народа, заходили в магазин, покупали огромные 10-литражки и раздавали всем воду. Брали рупор, высказывали свое мнение по происходящему, а плакаты — требование декларации, перенести суд из Москвы в Хабаровск, суд с присяжными и открытое дело. Огромнейшие плакаты с его фотографией, что это народный губернатор, не трогай, только мы можем, это наш выбор, это наш край. Полиция, они раздают маски не по какому-то положению или их заставили, они по желанию своему раздают, прямо ходят реально женщины-полицейские, которые раздают маски людям всем, заботясь об их безопасности».
Жительница Хабаровска Мария считает, что протесты будут продолжаться, потому что «народ обижен, чувствует несправедливость и хочет, чтобы его услышали».
— Все прошло отлично, люди друг друга поддерживали, приносили воду друг другу, то есть настолько организованный был народ. Все себя вели очень культурно и подбадривали друг друга, не допускали никаких нецензурных лозунгов, ничего такого не было. Было довольно тяжело пройти по центральным улицам, было очень жарко, местами там меняли асфальт, в одном месте мы прошли по раскаленному асфальту — это еще добавило огоньку. Когда мы стояли у здания правительства, происходила смена людей, кто-то не выдерживал и уходил, потому что было много людей с детьми, наверное, они не выдерживали. Но другие люди подходили, и у здания правительства была уже толпа, даже местами было трудно пройти. Почему я вышла? Потому что ощущаю какую-то несправедливость по отношению к губернатору, по отношению к народу. Мы за него голосовали, мы его выбрали, и все хотим честного суда, хотим знать, что произошло, потому что информация явно замалчивается.
— По количеству людей: все-таки больше было в этот раз, чем в первый?
— Показалось, что да, прилично. Наверное, раза в два побольше, колонна была просто гигантская, мы даже с подругой потерялись, не могли найти друг друга какое-то время. Мне кажется, что будут продолжаться эти шествия, потому что народ обижен, чувствует несправедливость и хочет, чтобы его услышали. И пока этого не произойдет, думаю, все это будет продолжаться.
Жители города уже неделю выходят на несанкционированные акции в поддержку Фургала, арестованного по подозрению в организации убийств. Между тем адвокат арестованного губернатора Хабаровского края Борис Кожемякин дал интервью Business FM. Он заявил, что его назначение на эту работу одобрил сам Фургал.
—Удалось ли адвокатам попасть к нему на свидание, удалось ли его увидеть?
— Пока нет, к сожалению. Надеюсь попасть к нему во вторник, потому что там ведь еще очередь из других адвокатов к другим гражданам, содержащимся в СИЗО. Положение очень сложное, работает пока один кабинет для свиданий с адвокатами.
— В курсе ли Фургал, что его поддерживают люди?
— Мне трудно сказать. Он на судебном заседании говорил, что ему известно, но нам трудно назвать источник, поскольку адвокаты его не ставили в известность во время заседания. Но он открыто обратился в зале заседания суда к хабаровчанам, чтобы они строго соблюдали действующее законодательство. Он выразился так, что он не одобряет эти массовые выступления. Вместе с тем он благодарил их за такое отношение к нему. Это была видео-конференц-связь из «Лефортово», и он во время заседания об этом сказал. Больше нам ничего не известно, в последние дни у нас нет с ним связи. Знает он об этом, не знает, мне неизвестно.
— Но адвокатам, насколько я знаю, запретили Фургалу говорить о том, что в Хабаровске проходят шествия.
— У нас такого запрета нет, это же не государственная тайна и не тайна следствия, это общедоступная информация. Мы знаем только одно, что Фургал жестко изолирован, никакого призыва к этим шествиям от него не поступало. А его отношение, сама информация... Он же может знать об этом из различных источников. В том числе не запрещено пользование телевизором, радио, газетами согласно условиям содержания.
Еве Меркачевой удалось попасть на свидание с Фургалом. Судя по всему, телевизор у него не работает, а газеты от начала месяца аж приносят, поэтому тоже не очень понятно, откуда у него новости появились.
— Мне трудно это комментировать.
— Вы сами решили защищать Фургала в этом деле или это какое-то назначение было?
— Со мной заключили соглашение в высшей степени достойные люди, которые не имеют никакого отношения к делу, но они знали Фургала — это в общей форме. Мы не имеем права раскрывать имена наших доверителей по законам этики адвоката. Во всяком случае, Сергей Иванович согласился полностью с нашим участием, я работаю не по назначению, не от имени следственных органов, а от имени людей, которым Фургал доверяет.
— Пресс-секретарь Фургала Надежда Томченко рассказывала в том числе, что люди хотят скинуться на адвоката. Видимо, еще на одного, чтобы помочь Фургалу. Как вам кажется, с чем это может быть связано?
— Это просто необычная ситуация. Во всяком случае, на нашей с вами памяти не было, чтобы руководителя столь высокого ранга обвиняли в убийствах людей. Что касается помощи, защиты, это все будет решать Сергей Иванович Фургал. Он вправе пригласить любого адвоката, но пока он подтвердил полномочия тех адвокатов, которые с ним работают. Насильно защищать никто не станет и навязываться. Он же образованный и опытный политик, так что, я думаю, он в этом вопросе разберется.
Накануне поздно вечером пресс-секретарь Сергея Фургала Надежда Томченко заявила «Эхо Москвы», что в семье и в центральном аппарате ЛДПР не знают, кто нанял адвоката Бориса Кожемякина, который утверждает, что представляет интересы губернатора и делает заявления от его имени, хотя сам же говорит, что еще не встречался с Фургалом после ареста.
Она добавила, что жители Хабаровского края предлагают собрать деньги арестованному губернатору на адвоката. Ранее информацию о том, что семья не нанимала Кожемякина Надежда Томченко разместила в своем Instagram.
«Про защиту Сергея Ивановича что могу сказать. По поводу адвоката мы ничего не знаем. В частности, знаем одно: семья его не нанимала, и мы не знаем, какая была процедура, что он теперь представляет интересы Сергея Ивановича. Сейчас мы занимаемся этим вопросом, выясняем, и, думаю, в ближайшее время вопрос защиты Сергея Ивановича каким-то образом решится в лучшую сторону».
Почему пресс-секретарь Фургала и адвокат, который утверждает, что одобрен арестованным главой региона, не могут найти общего языка? Ситуацию комментирует политолог, профессор Тихоокеанского государственного университета Илдус Ярулин.
Илдус Ярулин политолог, профессор Тихоокеанского государственного университета«Не понравился этот адвокат тем, что он не сказал, чего ждали. Вроде бы должен был обличить судью, суд, следствие и все прочие дела. Мы сейчас обсуждали с коллегами — очень много людей приходит абсолютно юридически, политически неграмотных. Вот они на эмоциях, и все. И стоит одному, двум, трем таким горлопанам появиться, которые речовки кидают, их просто подхватывают, а на самом деле ничего за этим не стоит. А когда начинаются разговоры о том, что давайте собирать деньги на адвоката, мы наймем нового, для меня, во всяком случае, это просто мошенничество. Деньги соберут, куда они пойдут, никто ничего не знает. Томченко, она тоже понимает, что под ней очень много чего тлеет, поскольку во многом и с ее подачи, и тут есть еще несколько фамилий, но ладно, это пока мы не будем. Была задушена свобода прессы практически, и «на поверхности» работали только те СМИ, которые существуют за счет краевого бюджета, а непосредственное влияние на распределение этого бюджета имела Томченко. И получилось так, что СМИ в основном профургальские, все остальные практически не имеют права на существование. То есть точно такая же картинка, как была при Шпорте. То есть губернаторы создавали свой пул СМИ, которым достаточно хорошо платили, причем очень много денег ушло неизвестно куда. Поэтому они формируют это мнение сейчас, то, что Москва такая дурная. И вот один из элементов этого, что Москва навязала своих адвокатов и эти адвокаты будут делать все или, наоборот, не делать ничего, чтобы помочь Фургалу. Это хайп. Центральная площадь Ленина, на ней максимум, если плечом к плечу, было три-четыре, ну пять тысяч, может быть. Да, на марше людей было достаточно много, но это, скажем так, активные массы, которые действительно шли за Фургала, их было очень немного. Пока митинг носит больше психоэмоциональный характер — нашего обидели, но эту волну пытаются оседлать представители несистемной оппозиции. И вот здесь самый-то позор может быть то, что представители системной оппозиции вообще не вышли, и, самое главное, ЛДПР. Вообще».
Ранее лидер ЛДПР Владимир Жириновский заявил, что представители его партии участвуют только в санкционированных митингах. Так он прокомментировал информацию о несогласованной акции в поддержку арестованного губернатора Хабаровского края Сергея Фургала, прошедшую еще 11-12 июля. «Мы не имеем отношения к акциям, — цитировал Жириновского «Интерфакс». — Это был стихийный митинг, люди сами сорганизовались через соцсети и вышли мирно выразить свое мнение». В целом же, по словам лидера ЛДПР, партия поддерживает граждан, которые хотят выразить протест против ареста губернатора или по любому другому поводу.
Поскольку в ситуацию вмешался неожиданный фактор — массовые протесты хабаровчан, все стороны оказались не готовы к такому повороту событий, поэтому в том числе так вышло, что пресс-секретарь Фургала и адвокат — по разные стороны баррикад, считает директор Центра политологических исследований Финансового университета Павел Салин.
Павел Салин директор Центра политологических исследований Финансового университета при правительстве РФ«Основная причина заключается в том, что в последовательный и продуманный сценарий, который был разработан в Москве и последовательно воплощался, вмешался фактор неожиданности. Массовая протестная консолидация — новый фактор, с которым не до конца понятно, как обращаться, потому что он не контролируется никем из игроков. Потому что у Фургала раньше был достаточно неприятный, но простой выбор: либо продолжать упорствовать, отрицать свою вину и получить приговор по максимуму, либо раскаяться, как ему предлагают, и получить наименее жесткий приговор. Этот приговор все равно тянет на десять с лишним лет, но в его ситуации это лучше, чем пожизненное заключение. А сейчас он оказался в достаточно сложной ситуации, когда, с одной стороны, он в Москве, в СИЗО под достаточно жестким прессингом, с другой стороны, он понимает, что в его распоряжении появился новый козырь, с которым непонятно как обращаться. Потому что, с одной стороны, этот козырь ему может помочь, а с другой — сыграть против него, если вдруг этот козырь перестанет существовать и массовая консолидация рассосется. И поэтому все стороны — и Фургал, и его группа защиты, и местные элиты, которые Фургала поддерживают, но у них тоже своя игра, и федеральный центр — Москва, не могут до конца сделать точные ставки, потому что не понимают, как будет развиваться этот фактор массовой активности. Поэтому и такое дистанцирование. И пока в Москве сохраняется расчет, несмотря на массовость протестов, на то, что федеральный центр пересидит эту ситуацию. Во-первых, блокирует выход протеста за пределы Хабаровского края или уж, в самом худшем случае, за пределы Дальнего Востока, потом выждет, когда это все рассосется, и начнет наказывать организаторов, чтобы другим неповадно было».
Также участники акции против ареста Сергея Фургала в Хабаровске призвали мэра города единоросса Сергея Кравчука к ответу за слова о проплаченном протесте. Через полтора часа после начала акции Кравчук сообщил «Коммерсанту», что говорил лишь о 20-30 «приехавших из других регионов», а не обо всех участниках акций.
отсюда
submitted by Alex_Jew to RussNews [link] [comments]


https://bit.ly/36MpOrt