Q узаконивание перепланировки в судебном порядке

2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с гарантированной свободой. Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей • r/liberta. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с ... 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с гарантированной свободой. Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей • r/liberta. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с ... Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей. Close. 1. Posted by u/[deleted] 2 years ago. Archived. Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей. Food for thought. 0 comments. share. save hide report. 100% Upvoted. Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей • r/liberta. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с ... 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с гарантированной свободой. 2015.06.22 15:26 VasilyLupin Либерта: свободное обсуждение политоты и новостей Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с гарантированной свободой.

2015.06.22 15:26 VasilyLupin В судебном перепланировки узаконивание порядке q

Этот сабреддит создан в качестве площадки для обсуждения с гарантированной свободой. Сообщество превыше всего, модераторы – помощники сообщества. Обсуждаемые темы: политика, новости, Россия, Беларусь, Украина, власть, оппозиция.
[link]


2020.09.08 10:15 valeryvish Q узаконивание перепланировки в судебном порядке

Суд вынес приговор актеру Михаилу Ефремову по делу о смертельном ДТП Новостной Терминал
В Пресненском суде на заседании актер Михаил Ефремов был признан виновным в смертельной аварии, в которой погиб Сергей Захаров. В качестве наказания ему назначено лишение свободы в колонии общего режима сроком на 8 лет.

https://preview.redd.it/f229rhkifwl51.png?width=668&format=png&auto=webp&s=6a0d2973d3d72e685d42e00e733d13ac81e73143
Три месяца продолжался процесс по делу о смертельном ДТП с участием Михаила Ефремова, и на последнем судебном заседании он взял слово, признал вину в случившемся, и попросил судью вынести ему законный приговор. Ефремов в своей речи отметил, что 11 лет заключения, которые для него просит прокурор, станут для него смертельным приговором, потому что с учетом его здоровья, актер, как сам считает, до освобождения может и не дожить. Кроме того, Ефремов попросил прощения у семьи погибшего в аварии Сергея Захарова, заявив, что искренне раскаивается.
По некоторым данным, Ефремов ожидал, что получит 8 лет лишения свободы, его адвокат Эльман Пашаев выражал мнение, что его подзащитному могут назначить 5 или 6 лет заключения. Подробности на НТ.
submitted by valeryvish to u/valeryvish [link] [comments]


2020.09.04 21:48 Gold_Web Q узаконивание перепланировки в судебном порядке

Нападающий «Барселоны» Лионель Месси останется в команде ещё на один год. Он заявил, что хотел бы уйти уже сейчас, однако не станет платить отступные или же пытаться разрешить спор в судебном порядке. Футболист пожаловался на то, что президент клуба Жозеп Бартомеу обещал отпустить его по окончании прошлого сезона, но не сдержал слово.
Читать далее
submitted by Gold_Web to PikabuNews [link] [comments]


2020.09.04 09:52 Alex_Jew Не знаешь меры — пойдешь на нары. Как прошло заседание суда, где Михаил Ефремов все-таки признал вину — а прокуратура попросила посадить его на 11 лет. Репортаж Кристины Сафоновой

Не знаешь меры — пойдешь на нары. Как прошло заседание суда, где Михаил Ефремов все-таки признал вину — а прокуратура попросила посадить его на 11 лет. Репортаж Кристины Сафоновой 3 сентября в Пресненском суде состоялись прения по делу Михаила Ефремова — а сам он выступил с последним словом. Сторона обвинения посчитала полностью доказанной вину актера в ДТП на Садовом кольце, в котором погиб 57-летний курьер Сергей Захаров. И запросила для него практически максимальный срок — 11 лет колонии общего режима. Адвокат Ефремова Эльман Пашаев заявил, что такой срок может объясняться политическими мотивами. О предвзятости высказался и Ефремов. Но все же признал свою вину — впервые за весь судебный процесс. О ходе заседания рассказывает спецкор «Медузы» Кристина Сафонова.
https://preview.redd.it/lj9dygo3s3l51.jpg?width=980&format=pjpg&auto=webp&s=c1e31bb566d65dc1e24919b525937dad682da5b5
«Большой актер оказался таким маленьким человеком» Перед началом прений адвокат Эльман Пашаев говорит журналистам, что его подзащитный сегодня признает вину. На предыдущих заседаниях актер всех уверял, что ничего не помнит.
«Мы два дня с Ефремовым общались, — рассказывает адвокат. — И Ефремов хорошую фразу сказал. Говорит: „В момент совершения преступления народ вынес мне приговор. Я — заслуженный артист народа. И я был готов понести наказание по приговору народа, уже когда было совершено преступление“».
Заседание действительно начинается с признания Михаила Ефремова. Когда судья Елена Абрамова спрашивает, готов ли он продолжить процесс без участия второго защитника Елизаветы Шаргородской (она сегодня в суд не пришла), актер соглашается и пытается сделать заявление. «Я признаю свою вину», — говорит Ефремов. Но судья прерывает — сейчас время выступления в прениях стороны обвинения.
Гособвинитель Диана Галиуллина, девушка с длинными темно-русыми волосами, первым делом напоминает, что наказание по части 4 статьи 264 УК, вменяемой Ефремову, ужесточено: раньше максимальный срок по ней был семь лет, но теперь — 12.
Обвинение считает вину актера в аварии полностью доказанной. Гособвинитель отмечает, что практически все свидетели рассказали: за рулем джипа был именно Ефремов. Их слова подтверждают видеозаписи. При этом во время экспертизы в машине не нашли неисправностей, а в крови актера обнаружили алкоголь и наркотики.
Показания свидетелей защиты гособвинитель считает сомнительными. И поясняет, что свидетель Теван Бадасян, который якобы видел еще кого-то в джипе, не был в Плотниковом переулке, где Ефремов сел за руль. Его слова опровергла видеозапись с камер наблюдения, установленных в переулке.
У другого свидетеля — Александра Кобца, рассказавшего, что за рулем джипа сидел не Ефремов, а известный человек, чье имя он вспомнить не может, — плохое зрение, отмечает Галиуллина. И его показания тоже не соответствуют видеозаписям с камер наблюдения. Аналогичная ситуация с показаниями его друга Андрея Гаева.
«Мы достоверно не знаем мотивов, по которым данные свидетели пытались спасти Михаила Ефремова. Но установлено, что их показания не соответствуют действительности», — резюмирует гособвинитель.
Михаил Ефремов что-то пишет в блокноте и не смотрит на гособвинителя. С блокнотом в зале сидит и его друг — художник Евгений Митта. Кроме него в зале заседаний только журналисты.
Вздыхая, Митта рисует одного за другим участников процесса. На каждый портрет у него уходит всего несколько секунд: сосредоточенный Эльман Пашаев; бдительный судебный пристав, выражение лица которого невозможно рассмотреть из-за маски; гособвинитель с длинными распущенными волосами; адвокат Александр Добровинский с тенью под носом; как будто грустная судья Елена Абрамова и еще более печальный Михаил Ефремов.
«Ефремов виновным себя не признал, ссылаясь на отсутствие памяти, — продолжает выступление Галиуллина. — Хотя во время следствия давал признательные показания и раскаялся в содеянном. Как мы видим, поразительная забывчивость и избирательность памяти Ефремова возникли не сразу».
Несмотря на это, прокуратура просит суд учесть смягчающие обстоятельства: у Ефремова трое несовершеннолетних детей, а у него самого есть проблемы со здоровьем. Кроме того, он занимается благотворительностью, имеет государственные награды, а также перечислил по 200 тысяч рублей каждому потерпевшему по делу. При этом все потерпевшие, кроме старшего сына Сергея Захарова Виталия, отказались от этих денег.
«Жизнь человека представляет высшую ценность. Полностью возместить моральный вред, нанесенный в результате потери близкого человека, невозможно, — продолжает гособвинитель. — По глубокому убеждению стороны обвинения, первыми шагами к исправлению являются осознание своей вины и искреннее раскаяние, чего мы, к сожалению, в судебном заседании не услышали».
Исправление Ефремова, считает прокуратура, невозможно без реального наказания. «Звание заслуженного артиста не дает права ездить за рулем пьяным», — говорит Галиуллина. И просит приговорить актера к 11 годам колонии общего режима. А также взыскать с него в пользу сына Сергея Захарова Виталия 500 тысяч рублей, в пользу остальных потерпевших — по одному рублю (они сами настояли на этой сумме, подчеркнув, что им не нужны деньги от Ефремова).
Услышав запрошенный срок, художник Евгений Митта тяжело вздыхает. И вскоре покидает зал.
Следующими в прениях выступают представители потерпевших. Первой слово берет адвокат Ирина Хайруллина — вместе с Александром Добровинским и Анной Бутыриной она представляет интересы вдовы, младшего сына и брата Сергея Захарова.
Хайруллина отмечает, что до аварии все знали Михаила Ефремова «как большого актера», а его гражданская позиция «была кому-то близка, а кому-то нет, но тем не менее впечатляла»: среди прочего Ефремов занимался политической сатирой в проекте «Гражданин поэт».
«Но сегодня мы не можем говорить об этих обстоятельствах: ни о его известном родстве, ни о былых заслугах, — продолжает адвокат. — Закон един для всех: и для простого курьера службы доставки, и для народного артиста России».
Хайруллина вслед за стороной обвинения повторяет, что вина Ефремова доказана. А заявления его защитников, что в смерти Сергея Захарова виноват кто-то другой — медики, прохожие и даже сам Захаров, — говорят, что «Ефремов готов воспользоваться любой лазейкой, чтобы уйти от наказания». По словам адвоката, семья Захарова могла бы смягчиться, если бы подсудимый раскаялся и принес извинения, но этого не случилось.
«Показания [друга Михаила Ефремова и поэта Андрея] Орлова показались нам искренними. Мы взяли на себя смелость и попросили у него его стихи [написанные в день похорон Сергея Захарова], передали их потерпевшим. Вы даже не представляете, сколько у них благодарности за простое человеческое участие», — рассказывает адвокат.
— Поплачьте еще! — обращается к ней Эльман Пашаев. Но она не реагирует и подчеркивает, что потерпевших смутило поведение Ефремова в суде.
«Мы здесь не увидели Михаила Ефремова таким, каким его характеризовали свидетели: [его друзья] Никита Высоцкий, Татьяна Беркович и [жена] Софья Кругликова. Доброго, щедрого, готового помогать незнакомым людям. Возможно, он таким и является, но не по отношению к потерпевшим», — говорит адвокат и просит суд вынести справедливый приговор, который приведет «к неотвратимости наказания даже для такого известного человека».
Коллега Хайруллиной Анна Бутырина решает не останавливаться на уже прозвучавших доказательствах вины и обращает внимание суда на свидетелей защиты: Александра Кобца, Андрея Гаева и Тевана Бадасяна. Она говорит, что каждый из них «впечатлил несоответствием показаний». И просит не только не учитывать сказанное ими в суде, но и проверить их по статье о заведомо ложных показаниях.
Также Бутырина напоминает о том, что представители потерпевших каждое заседание слышали оскорбления от Эльмана Пашаева. А ей самой адвокат Ефремова якобы угрожал тем, что рано или поздно с ней «разберется». В связи с этим Бутырина уже обратилась в Следственный комитет.
«В данном процессе меня поразило поведение Пашаева и Ефремова, — продолжает адвокат. — На мой взгляд, такое поведение кощунственное и омерзительное, и такому поведению нет прощения».
Она, как и сторона обвинения, просит назначить подсудимому 11 лет колонии общего режима. Под конец речи Ефремов сидит, сильно согнувшись, его лицо почти касается стола.
«Михаил Олегович сам поставил себя в такую ситуацию. Кто не пьет из актеров? Кто не пьет из российских граждан? Есть такая у нас беда — мы выпиваем. Но выпил — не садись за руль. И если ты выпил, нужно ответить за свои действия», — добавляет адвокат старшего сына Сергея Захарова Татьяна Головкина. И подчеркивает, что заявление Ефремова о признании вины «запоздалое».
С ней согласен Сергей Аверцев, также представляющий в суде Виталия Захарова. Он указывает, что предложенная прокуратурой компенсация в 500 тысяч рублей (сам Захаров подал иск на 7,5 миллиона рублей) неприемлема. И призывает суд не считать дело Ефремова рядовым: «Сила Михаила Ефремова заключается в его популярности, его известности. В том, что его поступок, любое его слово находит отражение в сердцах и душах. Высказывания Ефремова заставили моего подзащитного чувствовать себя букашкой».
Последним из адвокатов потерпевших выступает Александр Добровинский. Он убежден, что в суде рассматривается не дело «заслуженного артиста, сына известных родителей», а дело «гражданина России Михаила Ефремова, совершившего преступление, повлекшее смерть уроженца Рязанской области Сергея Захарова».
«Из любимого нашей культурой кающегося грешника он решил превратиться в обычного преступника, желающего избежать наказания, — заключает адвокат. — Мне очень жаль, что большой актер оказался таким маленьким человеком».
«Зачем вам 11 лет? Что вы творите?» Речь адвоката Эльмана Пашаева оказывается самой длиной — и занимает около трех часов. Большую часть времени Пашаев говорит о деньгах. Он раз за разом повторяет, что именно сторона потерпевших устроила из процесса «шоу», «праздничное мероприятие» и «грязный театр». И именно оппоненты виноваты в том, что Ефремов не смог возместить потерпевшим моральный ущерб: адвокат Александр Добровинский запрещал своим доверителям общаться с Пашаевым и публично заявлял, что деньги актера они не примут. «Неоднократно мы пытались ездить, договариваться. Михаил каждый день спрашивал, что с потерпевшими. Я говорю: „Михаил, у нас не те потерпевшие, с которыми можно договориться“», — эмоционально рассказывает Пашаев.
И добавляет, что никто из родственников не приехал в больницу и морг к Сергею Захарову. «Человек в морозильной камере лежал, а они по телеканалам бегали, рассказывали на всю страну!» — возмущается Пашаев. При этом Пашаев искажает факты: в больнице был старший сын погибшего Виталий Захаров. Приезжала туда и москвичка Ирина Стерхова, с которой Сергей Захаров жил последние 20 лет. Законная жена Захарова Маргарита и младший сын Валерий не смогли приехать из Рязани в Москву, так как готовились к похоронам бабушки.
«Мы только искали правду, мы никогда истерику не устраивали», — наконец переходит к сути обвинений Эльман Пашаев. Он жалуется, что сторона защиты испытывала сложности при обращении к независимым экспертам — все они отказывались как-либо участвовать в процессе, объясняя, что «им запретили».
«Я не могу понять, что вы хотите. Зачем вам 11 лет? Ефремов неоднократно говорил: „Казните меня“. Что вы творите? Ефремов — известная личность, — Эльман Пашаев обращается к представительницам обвинения. — Сейчас везде будут писать: „Навальный в больнице лежит, теперь Ефремова посадят за позицию“. Вы понимаете, что будет? Зачем вы внутри нашей родины создаете дестабилизацию? Мы пришли в суд за справедливым приговором. Вы чем занимаетесь?» Гособвинитель Диана Галиуллина все это время смотрит адвокату Пашаеву прямо в глаза.
Недоволен адвокат и тем, что было сказано про найденных им свидетелей: «Я не понимаю, где в законе написано, что свидетели потерпевших говорят правду, а свидетели защиты врут?»
Пашаев уверен, что вина его подзащитного так и не была доказана: никто не видел, что Ефремов ехал за рулем пьяный. «Запоздалое признание вины — нет такой формулировки в Уголовно-процессуальном кодексе. Признает вину — плохо. Не признает вину — плохо», — говорит он.
У судьи Елены Абрамовой адвокат просит вынести справедливый приговор. «Ефремов столько для народа делал, откуда такая злость? — недоумевает Пашаев. — Когда Ефремов с утра до ночи пахал, он народ веселил. А как несчастный случай, он стал злодеем».
Защитник актера просит назначить наказание, не связанное с лишением свободы. А если это невозможно, то «хотя бы колония-поселение».
«Он с первого дня сам себя карает. Посмотрите во что человек превратился», — говорит напоследок Эльман Пашаев.
«Я сразу сказал, что не буду отмазываться» Михаил Ефремов от участия в прениях отказывается. Но решает выступить с последним словом.
Актер сразу отмечает, что из-за популярности его судят не как «простого человека», а «по полной». И, как его защитник Эльман Пашаев, во многом винит адвоката семьи Захарова Александра Добровинского — например, в том, что процесс превратился в шоу, а с потерпевшими не удалось «помириться». При этом к самим потерпевшим, утверждает Ефремов, он негатива не испытывает. Даже наоборот — сочувствует и переживает за них.
«Я действительно сразу сказал, что я не буду отмазываться. И я поэтому здесь», — говорит актер. Он поясняет, что мог воспользоваться «телефонным правом» и тогда суд по его делу вообще бы не состоялся.
«Значит, я пошел в суд и не стал отмазываться, но и в этом я неправ. Я не признал вину — и в этом я неправ. Я хотел просто услышать, доказательства увидеть — неправ тоже, надо было признавать без доказательств, — немного раздраженно продолжает Ефремов. — Ну 11 лет, что, вам мало? В общем, я понимаю, что я неправ во всем».
Как и в начале заседания, он говорит, что признает вину и искренне раскаивается. Но при этом до сих пор сомневается, что действительно управлял машиной в момент аварии, так как не помнит этого. «Тут такие шикарные доказательства. Это, наверное, я сделал. Если это сделал я, я тем более не знаю, что делать мне дальше, — говорит Ефремов. — Я хочу сказать, что алкоголь — это, конечно, дикое зло. Надо знать меру всегда. Потому что если не знаешь меры, пойдешь на 11 лет на нары».
Актер просит прощения у семьи Захарова и читает стихотворение, которое написал на девятый день после смерти Сергея:
Сергей, я не прошу у тебя снисхождения,
Я омерзителен, пьян, ужасный, не человек.
Ты, к сожалению, не слышишь моего к тебе обращения,
Мне, к сожалению, не удастся вернуть тебя в этот век.
Господи, дай мне немного сил, а Сергею — рая!
Вот бы поговорить с ним, увидеть его, помолчать
Я же дошел до ручки, как в жизни дошел до края,
Есть на кого поставить Каинову печать.
А в завершение называет 11 лет, запрошенные для него прокуратурой, «смертным приговором». И просит судью исполнить его последнее желание — вынести «законный приговор». Судья Елена Абрамова объявляет, что огласят его утром 8 сентября.
отсюда
submitted by Alex_Jew to CIS_Politics [link] [comments]


2020.08.16 16:48 Gold_Web Q узаконивание перепланировки в судебном порядке

Адвокат актёра Михаила Ефремова Эльман Пашаев заявил, что врачи поставили диагноз «инсульт» заслуженному артисту России, он не сможет присутствовать на судебном заседании 17 августа.
Читать далее
submitted by Gold_Web to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.15 17:51 Gold_Web Порядке перепланировки судебном q узаконивание в

Ефремов может принять участие в судебном заседании 18 августа submitted by Gold_Web to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.15 16:51 Gold_Web Ефремов может принять участие в судебном заседании 18 августа

Ефремов может принять участие в судебном заседании 18 августа submitted by Gold_Web to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.14 16:23 3aJlynuLLLa Узаконивание порядке в перепланировки q судебном

Вопрос о том, сможет ли актер Михаил Ефремов участвовать в судебном заседании по делу о смертельном ДТП, в рамках которого ему предъявлены обвинения, будет решаться 18 августа. Об этом РБК сообщили в пресс-службе Пресненского районного суда, ссылаясь на ответ Боткинской больницы на его запрос. Адвокат Ефремова Эльман Пашаев в эфире «Первого канала» заявил, что судебное заседание по делу его подзащитного, которое назначено на 18 августа, может не состояться по состоянию здоровья актера. «Вы знаете, эта болезнь серьезная. Если его состояние не позволит, конечно, его не будет», — сказал Пашаев, отметив, что заседание перенесут. В среду, 12 августа, Пашаев заявил, что врачи Боткинской больницы диагностировали у Ефремова инсульт. За день до этого перед началом судебного заседания актеру стало плохо в зале Пресненского суда, и его решили госпитализировать. В связи с этим суд перенес заседание на 18 августа и направил в Боткинскую больницу запрос с уточнением диагноза актера. Авария с участием автомобиля Ефремова произошла 8 июня на Смоленской площади в центре Москвы. Машина Jeep Grand Cherokee на большой скорости выехала на встречную полосу, где столкнулась с фургоном Lada, за рулем которого был курьер Сергей Захаров. От полученных травм Захаров умер в больнице. Экспертиза выявила в крови Ефремова алкоголь и следы наркотиков. Ему предъявили обвинение в нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека и совершенном в состоянии опьянения (п. «а» ч. 4 ст. 264 УК). Сначала актер признал свою вину, а на судебном заседании заявил, что не признает ее, поскольку ничего не помнит. Ефремова поместили под домашний арест до 22 января 2021 года.
submitted by 3aJlynuLLLa to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.06 07:22 BadaBoomBabay Ефремов доставлен в суд на очередное заседание по делу о ДТП

Актёр Михаил Ефремов доставлен в Пресненский суд Москвы для участия во втором судебном заседании по существу уголовного дела о смертельном ДТП, передаёт ТАСС.
Читать далее
submitted by BadaBoomBabay to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.05 16:23 3aJlynuLLLa Q узаконивание перепланировки в судебном порядке

Природоохранная прокуратура Красноярского края потребовала увеличить сумму иска к компании «Сисим» за загрязнение рек Сейба и Сисим до 424 млн руб. Об этом сообщается на сайте региональной прокуратуры. «По подсчетам специалистов Енисейского межрегионального управления Росприроднадзора, размер ущерба в стоимостном выражении превысил 362 млн руб. В ходе рассмотрения дела ущерб, причиненный загрязнением рек, пересчитан и составил более 424 млн руб.», — говорится в сообщении. Отмечается, что лабораторными исследованиями было установлено наличие в реках загрязняющих веществ, таких как железо, медь и цинк. Суд принял уточняющий иск прокурора, в судебном заседании объявлен перерыв. В октябре 2019 года у поселка Щетинкино произошел прорыв пяти дамб золотодобывающей артели «Сисим», в результате погибли 20 человек. Следственный комитет считает, что причиной прорыва дамб стали нарушения при проведении золотодобывающих работ. Было возбуждено уголовное дело о нарушении правил безопасности при работах, которое повлекло гибель людей (ч. 3 ст. 216 УК). Гендиректора артели, начальника горного участка и мастера предприятия «Сисим» арестовали.
submitted by 3aJlynuLLLa to PikabuNews [link] [comments]


2020.08.03 04:44 Alex_Jew Узаконивание в перепланировки порядке судебном q

Это же закон 19-го века, поэтому и ребенок рассматривается как собственность *** Длиннопост*** Елена Альшанская — о законопроектах, регламентирующих изъятие детей из семьи по решению суда
https://preview.redd.it/1aic7141wpe51.jpg?width=600&format=pjpg&auto=webp&s=14a4cbfa41530e5294b1091f8eff008d9ba1b1d5
В Госдуму поступило два законопроекта, которые могут изменить Семейный кодекс РФ и практику изъятия детей из семьи. Президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская изучила оба законопроекта и рассказала спецкору “Ъ” Ольге Алленовой, почему такие законы принимать нельзя.
«В большинстве случаев оценить эту угрозу смерти никто из участников процедуры не сможет»
— В Госдуму подано два законопроекта, которые касаются Семейного кодекса, детей-сирот, отобрания детей из семьи. Один написан депутатами Крашенинниковым и Клишасом, другой — депутатом Мизулиной. Как вы их оцениваете?
— Оба законопроекта поступили в Госдуму с разницей в пару дней. Первым свой проект подали в Госдуму Крашенинников и Клишас — в нем, по сути, всего лишь три пункта, сам документ на двух страничках. Они предлагают отбирать детей из семьи только по судебному решению. Опека должна подать в суд иск против родителей, суд в течение 24 часов должен рассмотреть это дело в присутствии родителей, психолога или педагога ребенка, если тот может высказать в суде свое мнение. И в результате такого процесса суд принимает решение об удовлетворении иска опеки или отказе. Предусматривается единственный вариант, когда опека может отобрать ребенка сразу же без суда,— если ребенку угрожает прямая опасность и опека может прогнозировать наступление смерти ребенка в течение ближайших нескольких часов. Но понятно, что в большинстве случаев ни один человек, даже медик, не сможет спрогнозировать смерть через несколько часов.
— То есть опека не сможет оценить реальную угрозу?
— В этом законопроекте я не вижу никакого механизма, на основании которого опека может сделать вывод, что ребенку в ближайшие часы угрожает смерть в семье. Да и в целом такой механизм невозможно себе представить даже чисто умозрительно. Какие должны быть критерии для такого вывода? Кто вообще может спрогнозировать такое? Как опека должна потом доказывать в суде, что она отобрала ребенка обоснованно?
— Если бьют ребенка, и это слышат соседи, а полиция и опека, войдя в семью, видят избитого ребенка в тяжелом состоянии…
— Да, в таком случае теоретически опека может решить, что избиение может закончиться смертью ребенка. Но как они могут это решать сами, да еще и определить, что смерть может произойти через несколько часов? Как это должна сделать опека и полиция непонятно, и, если опека «на глазок» определила угрозу неверно, ей влетит. Боюсь, не каждый специалист в такой ситуации захочет вообще в это лезть.
А сколько случаев, когда насилие над ребенком не так очевидно со стороны — и, если оставить ребенка в ситуации такого насилия дома еще на 24 часа, пока решение об отобрании примет суд, ребенок может погибнуть.
— Получается, что опека не сможет забрать ребенка никак, кроме как по суду.
— Да, и в общем выходит странная история. В законопроекте оставили возможность изъять ребенка из семьи немедленно только в случае угрозы смерти в течение ближайших часов, но в большинстве случаев оценить эту угрозу смерти никто из участников процедуры не сможет. И все отобрания будут происходить по суду. А если ребенок находится в реальной ситуации риска и опасности — мы все равно оставим его на 24 часа в семье, и это может плохо кончиться. С другой стороны, если мы действительно можем оставить ребенка в семье на 24 часа, значит, нет опасности для него в этой семье, и зачем тогда вообще его оттуда забирать? Вот это главные мои вопросы к этому проекту.
Ну и еще один аспект — в этом законопроекте сохраняется норма, по которой при отобрании ребенка из семьи опека обязана в семидневный срок подготовить документы в суд о лишении родительских прав или ограничении в них. Эта норма и сегодня действует в законодательстве.
Она приводит к тому, что опека часто не решается отбирать детей по 77-й статье ровно потому, что ей потом надо за неделю подготовить документы в суд.
С точки зрения бюрократии это очень сложно — специалистам опеки за семь дней нужно собрать серьезные аргументы для того, чтобы суд лишил прав или ограничил в них людей, которых они в первый раз увидели, когда вошли в их дом. Это должны быть серьезные доказательства, часто собрать их за неделю невозможно.
А если смотреть на этот законопроект с точки зрения родителей, то он опять же сильно несовершенен. Потому что ситуация опасности может быть разовой, экстренной, внезапной, не зависящей от родителей. Например, приходит опека, по дому ходит маленький ребенок, а родитель лежит в «отключке». Можно решить, что родитель — запойный алкоголик, ребенок предоставлен сам себе, и это для его жизни опасно. А может быть, родитель отравился чем-то, а в обычное время он хорошо заботится о своем ребенке. Вы, как специалист опеки, не можете знать, что именно происходит,— вы просто видите картинку. И в такой ситуации у опеки нет пути назад — она отбирает ребенка, потому что оставить его в такой ситуации дома опасно, и она обязана выйти в суд с иском против родителей. Пути назад у нее уже нет.
— Вы считаете, что нужна какая-то норма, позволяющая опеке вернуть родителям ребенка, если выяснится, что произошла ошибка с отобранием?
— Да, конечно, это необходимо. У нас вся ситуация с отобранием — это путь в одну сторону, на вывод ребенка из семьи. Если опека ребенка забрала, то никаких вариантов возвращения нет. Такой ситуации нет нигде в мире. И это очень мешает органам опеки нормально работать. Сейчас они решают, забирать или не забирать ребенка из семьи не на основании реальной угрозы, а на основании оценки своих возможностей — соберут или не соберут они документы для лишения или ограничения родительских прав?
— Допустим, родитель напился, ребенок брошен, ребенка забрали. Как, по-вашему, должна дальше работать система?
— Если родитель напился, надо выяснить, что с ним происходит — он уходит в запои? Он ходит с топором? Не заботится о ребенке? Он выпивает изредка, но не теряет контроль над собой и ребенком?
Может быть много разных ситуаций, и большинство из них не означает, что родитель больше никогда не должен быть с ребенком вместе.
Нужна программа работы — сначала проанализировать ситуацию, в которой оказалась семья, чтобы объективно оценить ее жизнь. Потом — составить план помощи семье. Если речь идет о поведении родителя, надо выяснить, можно ли работать с родителем, чтобы помочь ему изменить поведение. Если проблема — в условиях проживания, надо предложить план, как изменить эти условия, чтобы ребенку было комфортно в семье. То есть целью должно быть благополучие ребенка в семье, и вся система должна работать на то, чтобы помочь семье и ребенку соединиться.
У нас же сейчас отобрание — это цель, конечная точка, вывод ребенка из семьи навсегда. В нашем законодательстве, по сути, предусмотрено только такое реагирование на трудную ситуацию в семье. У нас невозможен вариант, когда родитель ограничен в правах, а ребенок с ними проживает, и родитель исправляется под контролем социальных служб. Или вариант, когда родителя ограничивают в каких-то решениях — например, родитель запрещал делать ребенку переливание крови, и в таком случае можно ограничить его в принятии решений, касающихся здоровья ребенка, но жить они могут вместе. — Возврат к судебной процедуре отобрания — это же попытка вернуться к советской системе в сфере опеки?
— В Советском Союзе тоже были разные этапы. Был этап в 1930-е годы, когда отбирали детей вне судебных процедур, но потом довольно долго отобрание было судебной процедурой. Потом, в конце 1990-х—начале 2000-х, это опять стало внесудебной процедурой — именно потому, что количество детей, которые оказывались в опасности в своих семьях, было таким огромным, что суды просто не справлялись с объемом этих дел, и нужно было упрощать процедуру. Ее сделали слишком простой и слишком неопределенной, когда органам опеки предложили действовать на глазок.
Эта система сохраняется и сейчас, ребенка можно забрать из семьи без суда, при этом нет каких-либо критериев, по которым это нужно делать, но обязательно нужно подать документы в суд на лишение или ограничение родительских прав.
— Каковы перспективы законопроекта Крашенинникова—Клишаса?
— Сама идея отобрания с участием суда разумна, но это должно быть судебное подтверждение отобрания после отобрания, а не до него. Поэтому, надеюсь, в таком виде он не будет принят. Его необходимо серьезно скорректировать. Нужно убирать из него обязательное требование для органов опеки подавать в суд на лишение или ограничение родительских прав, нужно внести туда обязательные социальные программы возвращения ребенка домой. Нужно четко обозначить, в каких ситуациях можно отобрать ребенка и что должно спровоцировать органы опеки на это решение. Должна быть в законе прописана и процедура расследования ситуации, в которой оказалась семья. Должны быть определены специалисты, которые в этом участвуют. А то сейчас в законопроекте возникает психолог или педагог уже в судебном процессе — это тоже хорошо, но такой специалист должен появиться задолго до суда и участвовать в исследовании ситуации в семье и в составлении программы для восстановления семьи и возврата ребенка.
Наконец, мы должны начать уже разделять две разные ситуации — насилие и жестокое обращение с ребенком, и социальные проблемы родителей, например их дезадаптированность, когда они не очень понимают про потребности ребенка, потому что сами выросли без родителей или в асоциальных семьях.
Вот если родитель ничего плохого с ребенком не делает, а просто не понимает, как за ним ухаживать,— зачем в его отношении применять те же меры, что и в отношении родителя, который издевается над ребенком? Или сравните ситуации: родители проживают в аварийном доме и тем самым создают угрозу жизни ребенка; родители ребенка приковывают к батарее или держат в будке с собаками. И в первом, и во втором случаях ребенка отберут, хотя в первом можно семье помочь и сохранить ее, а во втором речь идет о правонарушении, и там необходимо ребенка забрать. К сожалению, ни один закон или законопроект не предлагает решить эту проблему.
«Зато можно ограничить родителей в правах за антиобщественные действия»
— Законопроект, внесенный в Госдуму Еленой Мизулиной, называют результатом работы так называемых антиювенальщиков. Какого вы о нем мнения?
— Это 126 страниц текста, который, по сути, перекраивает весь Семейный кодекс, а также Гражданско-правовой кодекс.
Ключевое в нем вот что. Из Семейного кодекса полностью исчезают все упоминания жестокого обращения, насилия со стороны родителей, злоупотребление родительскими правами, кроме одной ситуации — когда родители втягивают ребенка в преступную или антиобщественную деятельность. А все остальное, похоже, им можно. Авторы вводят понятие «добросовестности родителей», которые по определению являются добросовестными, пока вы не доказали обратное через суд. Вроде бы это хорошо. Но, по сути, это означает следующее: до тех пор, пока суд не решил, что родители делают что-то плохое в отношении ребенка, никто не вправе их в этом обвинять, забирать у них ребенка и как-то его защищать.
В этом законе вообще никак не предусмотрено отобрание ребенка в ситуации угрозы его жизни. Оно там даже не упоминается. Отобрание там возможно только в ситуации, когда есть решение суда о том, что родитель лишен прав или ограничен в правах. А опека, по сути, выполняет роль судебных приставов, исполняющих решения суда.
Лишить и ограничить родителя в правах можно, только если он совершил умышленное преступление против жизни и здоровья ребенка или других членов семьи, и только в том случае, когда преступление доказано и есть судебное решение.
Эти люди описывают мир, которого не существует. Мир, в котором родители никогда не обижают своих детей, а есть только какие-то закоренелые преступники, и их судит наш самый справедливый в мире суд, быстренько доказывает вину, сажает их в тюрьму, и тогда после этого их лишают прав на ребенка.
— То есть родитель совершает преступление против ребенка, идет следствие, потом суд, который выносит решение, что родитель виновен, затем можно выйти в суд, чтобы лишить прав родителя, и только после этого — забрать ребенка?
— Да, похоже, авторы законопроекта видят это так.
— А где ребенок все это время должен находиться?
— Видимо, с родителями. Его же нельзя забрать без решения суда. Во всяком случае, я не увидела других вариантов для ребенка в этом законопроекте.
Хотя сами авторы утверждают, что допишут все эти аспекты в других, еще не опубликованных законопроектах, где роль органов, которые будут защищать права ребенка, отводится только полиции и следственным органам.
Ограничение родителей в правах авторы закона опять же предлагают по узкому количеству критериев — за неуплату алиментов, алкоголизм, отказ забрать ребенка из учреждения,— но среди этих критериев нет ничего, связанного с жестоким обращением в отношении ребенка. Есть только вовлечение ребенка в преступную или антиобщественную деятельность — за это родителя могут ограничить в правах или лишить прав. Антиобщественной деятельностью наше законодательство считает «действия физического лица, нарушающие общепринятые нормы поведения и морали, права и законные интересы других лиц». То есть это опять же не про самого ребенка, а про какие-то действия родителей, нарушающие нормы поведения и морали.
И меры реагирования защищают скорее общество, чем ребенка. Ребенок тут как бы получается ни при чем.
Это классический пример, когда с водой выплеснули ребенка.
— Там вообще не говорится про интересы детей?
— Права детей и их защита упоминаются в самом начале, как цель этого законопроекта, но дальше их не особо видно. Подробно есть что-то про права, связанные с проживанием в том жилье, которое есть у родителей, а также с участием в судебных процессах, где рассматривается судьба ребенка. Но в целом в этом законопроекте вообще не упоминается, что родители могут делать что-то плохое в отношении своих детей и что детям может угрожать какая-то опасность в семье и их как-то нужно от этого защищать. В реальности огромное количество детей, заброшенных в своих семьях, подвергающихся насилию, будут страдать и погибать, а мы ничего сделать не сможем.
«Этот законопроект расширяет возможности для киднепинга»
— Почему авторы не пишут про угрозу детской безопасности, как вы думаете?
— Как я уже говорила, в самом проекте ничего этого нет, но авторы объясняют это в СМИ так: все плохие действия родителей в отношении ребенка — это уголовное преступление, которым занимается полиция. Поэтому на всякое жестокое обращение и насилие нужно вызывать полицию, а не опеку. И пусть полиция занимается расследованием, заводит эти уголовные дела.
— Но у нас декриминализовано домашнее насилие. Даже если кого-то бьют в семье, полиция может и не вмешаться.
— Ну это по случаям побоев между взрослыми полиция не принимает решения, а по поводу побоев в отношении детей еще как принимает. Есть случаи, когда родители, которые побили своих детей, были осуждены по статьям 115, 116 УК РФ.
Приведу в пример историю. К нам обращалась женщина, мама-одиночка, воспитывает восьмилетнего ребенка. Ей тяжело с ним, ребенок с нарушениями поведения, свое поведение он демонстрирует в школе. Школа бесконечно вызывает ее на ковер, отчитывает, что она должна этого ребенка каким-то образом исправить. Мама не справляется. Она большую часть времени на работе, он приходит из школы и дома весь день один, вечером она начинает капать ему на мозг, потому что ей опять позвонили из школы, и все это никак не улучшает их отношения, а только ухудшает. В очередной раз ребенок набедокурил в школе, маму вызывает директор, на нее орут, она должна срочно что-то делать, иначе ее ребенка поставят на учет в КДН (комиссию по делам несовершеннолетних.— “Ъ”). Она приходит домой, она не знает, что ей делать, она достает ремень и бьет его. На следующий день этот ребенок идет в школу, у него физкультура, он снимает майку — все видят следы от ремня. Эта же самая школа вызывает опеку и полицию. Ребенка забирают в приют, а маму вызывают в полицию, где на нее орет следователь, что на нее заведут дело по 116-й статье, что она сядет, что ее лишат прав. И в этой ситуации рыдающая мама звонит нам.
Вот такое будущее рисует законопроект для семьи — при любой проблеме он предлагает подключать полицию, а полиция и следственные органы вряд ли будут особо разбираться в деталях семейных отношений и входить в положение мамы-одиночки. Могу предположить, что быстро появится статистика по количеству дел, которые они должны успешно закрыть по каким-нибудь параметрам, чтобы отчитаться о защите детей от жестокого обращения,— и мы просто получим вал вот таких историй, о которой я рассказала.
Потому что полиция — не социальная служба. Она не будет вникать, что это мама-одиночка, что ей никто не помогает, потому что нет в стране адекватной системы помощи семьям в трудных жизненных ситуациях, что школа не умеет работать с трудными подростками.
Полиция не будет искать способы, как этой маме помочь справиться с ситуацией, получить поддержку. У полиции другие задачи — они должны правонарушения предотвращать или наказывать правонарушителей. Поэтому полиция просто заведет уголовное дело, влепит маме судимость, а может, и срок, и все, дальше займется своими делами. Никто не будет думать, что ребенок с трудным поведением в детдоме останется навсегда, что семья разрушена, хотя ей можно было помочь. Привлекать полицию в семью при любых нарушениях прав детей — это просто какой-то оксюморон.
— Кто лоббирует этот законопроект?
— Не могу точно сказать. Похоже, часть общественных организаций и объединений, которые называют себя антиювенальщиками. Поэтому они никак не упоминают насилие родителей в отношении ребенка.
А еще они заложили в закон право для каждого родителя отдать своего ребенка на воспитание — в любой детский дом, в любое социальное, медицинское учреждение — на любой срок, без потери родительских прав, по широкому кругу оснований, например по причине «разъездной работы». Просто сдал ребенка и все, и у ребенка уже нет декларируемого ими права на семью, устроить его в другую семью нельзя.
— Так это же противоречит постановлению правительства РФ №481 о реорганизации сиротских учреждений.
— Да, это полностью противоречит постановлению №481, в котором говорится, что родитель может отдать ребенка в сиротское учреждение только временно в связи с трудной жизненной ситуацией и обязан участвовать в его воспитании и содержании. «Временно» — обязательное требование. Это может быть месяц, три месяца, полгода. Но не три года. А в этом законопроекте нет ограничений срока, написано, что срок указывает родитель.
Также они предусматривают право родителя доверить воспитание ребенка третьему лицу, и для этого не нужно вообще никаких документов. С одной стороны, они пытаются решить действительно серьезную проблему, связанную с тем, что детей часто оставляют у бабушек или других родственников. Сегодня, если на бабушку не оформлена опека, а ребенок находится у нее, опека может прийти к этой бабушке и забрать ребенка, у нас есть такие случаи, это безумие. Бабушка должна оформлять опеку, а для этого надо снять опеку с мамы, а мама, может быть, просто работает вахтовым методом, получается все время надо снимать-возвращать опеку?
В этом случае закон вообще не урегулирован, и мы тоже давно говорим, что эту проблему надо регулировать. Но не так, как предлагает этот законопроект. В нем говорится, что не нужно никакого вообще оформления, и отдать ребенка можно на любой срок, хоть до его 18-летия, причем любому лицу, не только родственнику — без оформления опеки, без письменного согласия, без нотариальной доверенности для передачи ребенка третьему лицу. Просто вот передать и все. А это означает, что любой родитель, независимо от степени адекватности, может передать ребенка любому постороннему человеку, например, незнакомцу на улице, или в секту его отдать — на всю жизнь, без ограничения сроков. И никаких документов не надо, и не надо доказывать, что это третье лицо для ребенка безопасно. Этот законопроект расширяет возможности для взаимного родительского киднепинга, который и сегодня процветает.
— Так можно и в рабство ребенка отдать.
— Так это же закон 19-го века, поэтому и ребенок рассматривается как собственность. Когда я его читала, у меня было ощущение, что они переработали законодательство 19-го века. Там, например, опекунам дается право пользоваться имуществом, то есть деньгами, жильем опекаемого, можно получать опекунское вознаграждение из выгоды от использования имущества опекаемого — то есть не государство платит ему вознаграждение, а опекун берет деньги, которые, например, у ребенка есть на счете, и за эти деньги он его опекает. Так было в 19-м веке, когда, по сути, опека назначалась над имуществом и какой-то процент от имущества опекун получал и на эти деньги жил. Вот этим законопроектом пытаются ввести такую схему и сейчас.
Они даже не думают про то, что таким законом создается институт корыстного опекунства.
Ребенок в картине авторов законопроекта — вещь, которую не нужно защищать и с которой собственник имеет полное право делать все, что захочет.
Родитель может отдать его кому угодно, не теряя свои родительские права, при этом никто не следит за жизнью ребенка, неизвестно, где, как и с кем он живет, потому что у нас презумпция добросовестности, опека туда не лезет, если не совершено преступления, на которое уже могут реагировать полиция и суд.
— Еще в законопроекте предлагается называть родителями только кровных родителей, а опекуны, усыновители — это уже не родители.
— Да, они пишут, что родителями можно называть только кровных. Это, конечно, глупость, но не думаю, что это серьезно повлияет на что-то. В семье так и будут называть приемных родителей мамой и папой, отношения между родителями и детьми это не изменит, а в документах родителями будут только кровные.
— Думаете, такой законопроект может быть принят Думой?
— Я уверена, что нет. При всей абсурдности нашего действующего законодательства до такой степени абсурда наша страна все-таки еще не докатилась. Так наплевать на защиту детей, сказать, что мы больше не будем защищать ни одного ребенка в нашей стране — нет, я думаю, на это государство точно не пойдет.
отсюда
submitted by Alex_Jew to RussNews [link] [comments]


2020.08.01 10:52 olukawy Q узаконивание перепланировки в судебном порядке

В Германии министр внутренних дел федеральной земли Гессен Петер Бойт потребовал срочно провести расследование дела об угрозах со стороны правых экстремистов в адрес политиков и журналистов.
«Я считаю, что сейчас важно со всей решимостью провести расследование каждого случая угроз», — заявил он в интервью газете Frankfurter Allgemeine Zeitung. Министр также призвал полицию вновь заняться своей главной задачей — защищать граждан и преследовать преступников.
Ранее в отставку ушел глава земельной полиции Гессена Удо Мюнх. Как сообщил Бойт, отставка произошла по желанию самого Мюнха, он таким образом взял на себя ответственность за ошибки, за которые «должен отвечать не он один».
Речь идет о том, что глава фракции «левых» в гессенском ландтаге, зампредседателя Левой партии на федеральном уровне Янине Висслер получала электронные письма с угрозами. Прежде чем отправить ей сообщения с подписью «NSU 2.0», намекавшей на неонацистскую группировку «Национал-социалистическое подполье» (NSU), злоумышленникам удалось завладеть ее личными данными через компьютерную сеть полиции Гессена. Уже известно, что эта информация была получена в полицейском президиуме в Висбадене, а полицейский, который ее предоставил, проходит по делу не в качестве обвиняемого, а как свидетель, отметил министр внутренних дел.
Письма с подписью «NSU 2.0» ранее получали и другие политики Левой партии. В 2018 и 2019 годах подписанные той же аббревиатурой угрозы получала франкфуртский адвокат Седа Басай-Йылдыз, которая представляла семьи потерпевших на громком судебном процессе об убийствах, совершенных членами группировки «Национал-социалистическое подполье», который завершился в июле 2018 года. Юрист сообщила, что письма были присланы по факсу и содержали данные личного характера, доступ к которым мог быть только у официальных структур.
Ранее «Информационный навигатор» сообщал о том, что в Британии неонацисты и ультраправые активисты используют COVID -19 для пропаганды разногласий.
Также сайт информировал, что элитное подразделение бундесвера KSK будет расформировано из-за связей с неонацистами.
Информационный навигатор https://infonavigator.com.ua/novosti/v-germanii-razgoraetsya-novyj-skandal-s-uchastiem-pravyh-ekstremistov/
submitted by olukawy to SafeArea [link] [comments]


https://bit.ly/3dlUDWy