Перепланировка жилого дома решения когда большинство стен несущие

Почему людям наплевать друг на друга — и иначе быть не может Какое отношение обезьяны имеют к войне, притеснениям, преступности, расизму и даже спаму в электронной почте? Вам, вероятно приходилось наблюдать такую сцену в зоопарке или по телевизору: обезьянья стая пребывает в полуденной неге. Пищи вдоволь, хищников не видно. Можно и покопаться друг у друга в шерсти. 18.Обзаводиться потомством обезьяны могут на протяжении всего года, и это не связано с сезонными процессами. 19.В природе насчитывается примерно 400 разновидностей обезьян. Ну не согласна я, что люди произошли от обезьян. Априори. Пусть они и имеют повадки и способности схожие с человеческими, используют для охоты и труда предметы и имеют вредные привычки, как и люди… Именно человек первым стал рассуждать о том, почему другие животные не стали людьми, и возможно ли, что когда-нибудь появится ещё один столь разумный вид. И я до сих пор учусь жить, но уже с полным осознанием того, кто Я, зачем Я, почему Я. Еще мой Инкарнационный Крест говорит о том, что я не должна бояться быть разной с разными людьми. Оно было очень похоже на обезьяну, но ходило на двух ногах. Руки освободились для поисков пищи. Увеличился головной мозг. Это еще не был человек, но и обезьяной это существо уже не было.

2020.04.13 08:59 BadaBoomBabay Перепланировка жилого дома решения когда большинство стен несущие

иллюстрация
Какое отношение обезьяны имеют к войне, притеснениям, преступности, расизму и даже спаму в электронной почте? Вы убедитесь в том, что вся случайная тупоголовая жестокость мира на самом деле очень целесообразна, надо лишь заглянуть внутрь Обезьяньей сферы.
«Что это за хрень такая — Обезьянья сфера?» Для начала вообразите обезьяну. Наряженную в пирата, если это поможет. Звать ее будут Слаппи.
Представьте, что Слаппи — ваш питомец. Придумайте ему характер. Может, вы с ними играете в приключения пиратов-обезьян или даже вместе боретесь с преступниками. Вообразите, как грустно вам будет, когда Слаппи умрет.
А теперь представьте еще четырех обезьян. Назовем их Тито, Пузырь, Марсель и Говномет. Теперь придумайте характер каждому из них. Наверное, один из них агрессивен, другой ласков, третий флегматик, а четвертый просто постоянно кидается говном. Однако все они — ваши друзья-обезьянки.
А теперь вообразите сотню обезьян.
Не так-то просто, да? Так сколькими же обезьянами надо владеть, чтобы помнить имя каждой из них?
В какой момент в вашей голове любимые питомцы превратятся в безликое море обезьян? И хотя каждый из них — ровно такая же обезьяна, каким был Слаппи, в тот момент, когда кто-то из них умрет, вам на самом деле будет все равно. Так сколько нужно обезьян, чтобы вам стало пофиг?
Это не риторический вопрос. Мы на самом деле знаем эту цифру.
Не так давно специалисты по обезьянам провели исследование и обнаружили, что размер мозга обезьяны определяет размер групп, которые они формируют. Чем крупнее мозг, тем более крупные сообщества создают эти животные.
Они реально вскрыли столько обезьяньих мозгов, что осознали, что могут уже просто взять незнакомый череп и по нему точно предсказать, какого размера племя формирует этот вид.
Большинство обезьян проживают группами порядка 50 особей. Однако кто-то впарил им чуть более крупный мозг, и расчетная величина идеальной общины для конкретно этого животного была уже около 150 особей.
Мозг, разумеется, был человеческий. Вероятно, взяли у какого-то бомжа с улицы.
«Так а в чем сенсация? В том, что человек — это высокобюджетный сиквел обезьяны? И кто этого не знал?» Все намного, намного интереснее. Давайте рассмотрим на примере.
В своей книге «Большой Расс и я» журналист Тим Рассерт рассказывает трогательную историю о своем отце. Папа Рассерта всегда по полчаса аккуратно упаковывал любое разбитое стекло, прежде чем вынести его на помойку. Зачем? «Мусорщик может порезаться». То, что это поведение воспринимается как необычное, иллюстрирует мою мысль об обезьянах. Никто не тратит много времени на беспокойство о благополучии мусорщика, хотя он и играет ключевую роль в нашей жизни: позволяет нам не жить в пещере, выдолбленной в горе собственных отбросов. Обычно мы вообще не думаем о безопасности или удобстве мусорщика, а если и думаем, то совсем не так, как волновались бы о лучшем друге, жене, девушке или даже собаке.
Народ выбрасывает наполовину полные бутылки средства для удаления засоров прямо в бак, вообще не думая о том, что случится, если оно брызнет в глаз дворнику. Почему? Потому что он существует за пределами Обезьяньей сферы.
«Ох, снова этот термин…» Обезьянья сфера, или число Данбара, — это группа людей, представителей которой мы, при помощи своих обезьяноподобных мозгов, способны осмыслить как людей. Если обезьяньи ученые правы, мы физически не в состоянии воспринимать число людей больше, чем 150.
У большинства из нас в Обезьяньей сфере нет места для дружелюбного районного дворника. Так что мы не воспринимаем его как человека. Мы воспринимаем его как Штуку, Которая Выносит Наш Мусор. И даже если так случилось, что вам нравится ваш конкретный дворник, в тот или иной момент сфера нашего обезьяньего небезразличия становится конечной. Так устроены наши мозги. У каждого есть определенный круг людей, которых мы воспринимаем как людей, обычно это друзья, родные или соседи, а также несколько одноклассников, коллег или знакомых по походам в церковь.
Те, кто существует за пределами этой ключевой группы из нескольких десятков человек, — для нас не люди. А своего рода одномерные персонажи.
Помните, как впервые ребенком повстречали одного из школьных учителей за пределами класса? Помните это странное чувство осознания, что у этих людей на самом деле есть жизнь за пределами школьных стен?
Ну в смысле, это же не люди. Это учителя.
«Ну и что? А смысл-то тут какой?» Да никакого особо. Просто именно поэтому наше общество не работает.
Ну посмотрите сами: что огорчит вас больше — смерть лучшего друга или гибель десятка детей от того, что их автобус столкнулся с грузовиком, который перевозил пчел-убийц? Что станет для вас большим ударом: смерть матери или новость о том, что в Иране в результате землетрясения погибли 15 тысяч человек? Они все люди, и они все равным образом мертвы. Но чем ближе человек к нашей Обезьяньей сфере, тем больше для нас это значит. Так же, как ваша смерть ничего не будет значить для китайца или, если уж на то пошло, практически любого человека в более чем тридцати метрах от того места, где вы сейчас сидите.
«Почему я должен их жалеть? Я их даже не знаю!» Именно что. Это настолько глубоко укоренилось в нас, что даже предположение о том, что вы должны переживать из-за этих смертей так же, как из-за ухода своего лучшего друга, звучит немного нелепо. Мы устроены таким образом, что нам присущи конкретные двойные стандарты для людей внутри нашей сферы и для 99,999 % мирового населения, которые находятся за ее пределами
Вспомните об этом в следующий раз, когда взбеситесь на дороге и начнете обкладывать матом водителей соседних автомобилей, крича «НАУЧИСЬ ВОДИТЬ СНАЧАЛА, УРОД!» Представьте, что ведете себя подобным образом в менее многочисленной группе.
Например, стоите в лифте с двумя друзьями и коллегой, подруга нажимает на кнопку и промахивается. И вы наклоняетесь прямо над ее ухом и вопите: «НАУЧИСЬ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ СРАНЫМИ КНОПКАМИ ЛИФТА, ИДИОТКА!» Они решили бы, что вы сошли с ума. Мы все немного сходим с ума, попадая в группу более многочисленную, чем Обезьянья сфера. Именно поэтому, сидя в большой толпе, вы ощущаете это странное чувство анонимной неуязвимости, выкрикивая проклятья в адрес футболиста, которые ни за что не решились бы сказать ему в лицо.
«Ну, вообще-то, я по-милому себя веду с чужими людьми. Не думали о том, что это просто вы такая скотина?» Все так, вы наверняка не задаетесь целью грубо себя вести с незнакомыми людьми. Так же, как не планируете обижать бродячих собак.
Проблема в том, что в один прекрасный момент интересы людей внутри вашей Обезьяньей сферы потребуют того, чтобы вы притеснили кого-то за ее пределами (даже если эта потребность заключается лишь в том, чтобы выпустить пар посредством громкой ругани).
Именно поэтому большинство из нас не помышляют о том, чтобы украсть деньги из кармана пожилой соседки, но не против воровать кабельное ТВ, немного мухлевать в налоговой декларации или тихо радоваться тому, что в ресторанный счет забыли включить одну из заказанных позиций. У вас может иметься бесконечный список оправданий, но правда в том, что в наших обезьяньих мозгах старушка по соседству — человек, а вот поставщик услуг кабельного телевидения — большая, холодная и безликая махина. Тот факт, что эта фирма на самом деле — группа людей, каждый из которых так же человечен, как та старушка, или там даже работают какие-то пожилые женщины и они могут лишиться работы из-за нашего воровства, редко приходит нам в голову.
Это одна из гениальных штук в крупных религиях, кстати. Древние проповедники знали, что на незнакомых людей гнать легче, потому учили нас представлять в голове конкретного бога, который говорит: «Кого бы ты ни обижал, ты таким образом вредишь лично мне. Потому могу раздавить тебя, как виноградину». Нужно признать, что даже если эти слова не вдохновлялись Всевышним, авторы как минимум кое-что понимали про Обезьянью сферу.
Она повсюду. Как только вы просечете идею, вы увидите примеры повсюду вокруг себя и начнете разгуливать по улицам с изумлением.
Но — терпение: сейчас все станет еще важнее и гораздо, гораздо страньше.
«То есть вы хотите сказать, что эта Обезьянья сфера управляет всем миром?» Включите-ка радио. Послушайте консервативное выступление о пресловутых «властях», как будто они представляют собой гигантского затаившегося змия, готового в любой момент сожрать вас и вашу зарплату. Не думайте о том, что правительство состоит из людей и что ваши налоги идут в карманы живых людей.
Радиоведущий Раш Лимбо славится тем, что оставляет в ресторанах 50 % чаевых, но в эфире заливается соловьем, когда из его зарплаты «правительство» изымает хотя бы полдоллара. И это невзирая на тот факт, что эти деньги помогут той же самой матери-одиночке, которой он легко оставляет деньги как официантке.
А теперь переключитесь на либеральную передачу: послушайте, как они говорят о «мультинациональных корпорациях» в тех же терминах — адская темная сила, которая извергает клубы дыма, отравляет воду и порабощает человечество.
Разве не странно, что, скажем, одинокий мужик, который вырезает у себя в подвале детские игрушки и продает их, — милаха, который просто любит дарить радость на Рождество, тогда как крупная компания по производству игрушек (которая дарит радость миллионам детей) — это бесчеловечная и жадная пожирающая души махина? Странное дело, но если милый одинокий мужик наделает много игрушек, наймет много людей и создаст сеть магазинов, мы в конечном итоге перестанем воспринимать это как мастерскую игрушек, а начнем видеть в нем свирепую орк-фабрику родом из Мордора.
А если вы сейчас подумали: «Ну, эти ведущие радиопередач — просто кучка самовлюбленных балаболов», то вот вы сделали это снова — превратили реальных людей в мультяшных героев. Неудивительно, что вы вытворяете это практически с каждым из шести миллиардов человек за пределами своей сферы.
«То есть мне следует начать волноваться о шести миллиардах незнакомых людей? Но это даже невозможно!» Именно так, это невозможно. О том и речь.
Что сложно осознать, так это то, что они все то же не могут беспокоиться о вас
Именно поэтому они могут украсть ваш телефон или испражняться у вас в подъезде, или сокращать вам зарплату, или повышать вам налоги, или закладывать бомбу в бизнес-центре, где вы работаете, или спамить вашу почту рекламой чудо-лекарств (хотя знают, что они не работают). Вы не входите в их Обезьянью сферу. В их понимании вы — просто смутный образ с полными денег карманами. Возьмем Усаму бен Ладена. Вы же просто представляли себе мужика в камуфляже, который прячется в пещере и планирует взрывы с участием смертников? Или вы мыслите себе человека, который мог проголодаться и имеет предпочтения в еде, у которого была детская влюбленность, грибок на ногах или хроническая мигрень, или который с утра просыпался со стояком и любил играть в волейбол?
Вероятно, я сейчас что-то внутри вас задел. Вы полагаете, что я стремлюсь призвать к симпатии к жуткому убийце. Не любопытно ли, как простое знание простых человеческих фактов о нем моментально затрагивает в вас струны сочувствия? Он приближается к вашей Обезьяньей сфере, приобретает очертания.
Жестокая правда заключается в том, что бен Ладену нужно всадить в голову пулю ровно так же, как и лютой трехцветной карикатуре на него на футболке какого-нибудь мужлана. Ключ к понимаю людей типа него, однако, состоит в том, что мы — карикатура на его футболке.
«То есть вы используете мартышек для того, чтобы заявить, что мы все — просто сборище бен Ладенов?» Ну типа того.
Послушайте любого подростка, который вышел на свою первую работу: постоянно твердит о том, как его чмырит начальник, а власти опускают еще больше («Что такое НАЛОГОВЫЙ ВЫЧЕТ?!» — вопит он, получив первую зарплату). А затем посмотрите на этого же пацана за работой: роняет котлету для бургера на пол, подбирает ее, шлепает на булочку и невозмутимо подает клиенту. Этого самого уроненного бургера довольно для того, чтобы он понял бесстыжих политиков и директоров крупных компаний. Они воспринимают его так же, как как он воспринимает людей в очереди за едой. То есть никак.
В обоих случаях для парня, который стряпает бургер, и для парня, который управляет Exxon, главная задача — это протянуть рабочую неделю и получить зарплату. Никто не задумывается о недовольстве реальных людей, которое вызвано их поганым выполнением своей работы. Такое количество клиентов и работников просто не умещается в Обезьянью сферу.
Пацан возразит, что не обязан беспокоиться о своих клиентах за минимальную зарплату, но правда в том, что, если человек не сочувствует своему собрату за 6 долларов в час, за 600 тысяч долларов в год он тоже ничего не почувствует
Или давайте взглянем на это иначе: если нам позволительно равнодушно и даже презрительно относиться к людям за 6 долларов в час, просто вообразите себе, насколько сердит должен быть какой-то там пакистанец, который получает что-то около 6 долларов в неделю.
«Вы употребили слово „обезьяна“ более 50 раз, но тут нельзя применять тот же самый принцип. Человек побывал на Луне. Посмотрим, как обезьяна справится с такой задачей». А это неважно. Это просто вопрос степени. Есть причина тому, что легендарный эксперт по обезьянам Чарлз Дарвин и его помощник Хехе Сантьяго обнаружили, что люди и шимпанзе — эволюционные братья. Какими бы сложными мы ни были (сравните наши очистительные заводы с примитивной техникой шимпанзе метать голыми руками говно), неизбежная правда заключается в том, что мы ровно так же ограничены устройством своего мозга. Принципиальная разница в том, что обезьян устраивает существование маленькими группами и редкое взаимодействие с кем-то за пределами своей обезьяньей шайки. Именно поэтому они редко воюют — хотя когда все же воюют, считается, что это весьма уморительно. Людям, однако, нужны автомобили, нефть и качественные фабричные товары, произведенные славными парнями из 3M, и японские видеоигры, и интернет, и — что самое важное — правительство. Для эффективного поддержания всех этих вещей необходимы группы числом более 150 человек. То есть мы постоянно функционируем в общностях более многочисленных, чем те, сосуществование с которыми допускает наш мозг. И вот тут-то начинаются проблемы. Подобно хрупкой голой живой пирамиде, мы одновременно поддерживаем и презираем друг друга. Мы костерим на чем свет стоит свою поганую работу анонимного человека на конвейере и при этом одновременно водим машину, которую мог произвести только конвейер. Именно это постоянное противоречие изнуряет настолько, что мы вступаем в нелегальные бойцовские клубы. Именно поэтому я считаю, что это было гигантское бремя грусти — когда Дарвин обернулся к своему помощнику и посетовал: «Хехе, мы обезьяны». Если задуматься, все наше общество развивалось вокруг ограничений Обезьяньей сферы. Не просто так все страны-«жиртресты» с большими внедорожниками с блестящими колесными дисками живут в условиях представительной демократии (когда ты голосуешь за людей, которые будут за тебя управлять), и все из них в некоторой степени капиталистические (когда человек на самом деле может приобретать имущество и оставлять себе часть того, что заработал). Представительная демократия дает небольшой группе людей принимать все решения и при этом позволяет обычным людям ощущать, что они что-то делают, приходя каждую пару лет на избирательный участок и голосуя — что на самом деле имеет примерно такую же силу, как «кнопка темноты» на тостере. Мы одновременно чувствуем, что от нас что-то зависит и при этом достаточно сдерживаемы, чтобы не устроить реальное обезьянье побоище, а просто впадаем в визгливое рукамимахательное бешенство («Женщина оголила грудь во время матча! Немедленно запретите сиськи и футбол!») И наоборот, некоторые люди в далеком прошлом наивно полагали, что могут усадить миллионы обезьян и сказать: «Так, все пошли сорвали бананы, принесли их сюда, затем мы распределим их по сложной формуле в соответствии с потребностью в бананах! Пошли быстро собирать бананы на благо общества!» Для обезьян это было обескураживающее, комичное, деревосотрясательное бедствие. Позднее один гораздо более трезвомыслящий человек усадил обезьян и сказал: «Охота бананов? Пойдите каждый добудьте себе по банану. А я пока вздремну». Этим человеком, разумеется, был германский философ Ганс Капитализм. Пока каждый получает свои бананы и делится с небольшим количеством представителей своей сферы, система будет процветать, хотя никто даже не пытается работать на ее процветание. Именно так бы это сформулировала Айн Рэнд, если бы не была такой злобной сучкой. Затем, где-то в третьем веке, французский философ Пьер «Французишка» Ле Француз изобрел расизм. Это был способ упростить слишком-сложный-для-обезьян мир, вообразив, что все люди определенной расы — это один и тот же человек, с одинаковыми взглядами, привычками и вкусами в еде, одежде и музыке. Это своего рода работает — пока мы считаем этого человека хорошим человеком («Азиаты такие трудолюбивые и вежливые!»), но когда мы начинаем воспринимать их как одну гигантскую сволочь (да это же французы, по иронии судьбы!), наше обезьянье счастье начинает таять. Тут не только французы виноваты. Правда в том, что все эти схемы управления обезьянами действуют только до определенного предела. К примеру, на сегодняшний день у каждого четвертого американца есть какое-то душевное расстройство, обычно это депрессия. У каждого четвертого. Посмотрите баскетбольный матч. Очень может быть, что как минимум четверо на поле психически нездоровы. Оглядитесь вокруг своего дома; если все похожи на нормальных, значит, больной — это вы. Почему вы удивляетесь? Включите новости и увидите специальный репортаж об эпидемии ожирения. При помощи новостей на вас возлагают ответственность за миллионы других людей, которые слишком много едят. Что именно вы должны предпринять по поводу пищевых привычек 80 миллионов человек, с которыми вы даже не знакомы? Вы взяли на себя это отягощенное свининой бремя всех этих людей за пределами вашей Обезьяньей сферы и теперь несете этот бессмысленный груз беспокойства, словно зверька на своем горбу. «Так и что же нам со всем этим делать?» Во-первых, учитесь быть подозрительным всякий раз, когда видите что-то простое. Любое заявление о том, что корень проблемы очень прост, нужно воспринимать так же, как заявление о том, что корень проблемы — в Снежном человеке. Простота и Снежный человек встречаются в реальном мире примерно с одинаковой частотой. Откажитесь от бинарного мышления «хороший против плохого» или «мы против них». Осознавайте, что проблемы не решаются хлесткими слоганами или излишне простыми пошаговыми программами. Это можно сделать, предприняв следующие простые шаги. План таков: Во-первых, вы ПОЛНЫЙ ИДИОТ. Смиритесь с тем фактом, что ВЫ ОН И ЕСТЬ. Мы все он и есть. Вспомните реально бесящего человека, с которым вы знакомы, того, кто постоянно творит фигню и всегда считает, что он прав. Очень вероятно, что для кого-то этот человек — это вы. Так что возьмите все, что вы думаете, что вы знаете, сократите это на 99,999 %, и тогда вы примерно представите, как много вам действительно известно за пределами вашей Обезьяньей сферы. Во-вторых, ПОЙМИТЕ, что суперобезьян не существует. Есть просто обезьяны. Все эти чуваки на ТВ, что произносят вдохновляющие речи и учат вас, как реализовать свой потенциал, стать богатым и успешным, — вы знаете, как они заработали? На своих семинарах. В большинстве своем единственное, что им хорошо удается, это убеждать остальных в том, что им все удается. Универсальный принцип идиота, обозначенный первым номером, сюда также распространяется. Не делайте вид, что политики каким-то образом застрахованы от всякой левой фигни, которую сами мы творим каждый день, и потому не смейтесь и не тыкайте пальцем, когда пастыря поймают на занюхивании дороги кокаина с задницы проститутки. Хорошее упражнение: воображайте своего кумира — кто бы он ни был — отрубившимся без штанов на вашем газоне. Вполне вероятно, что это случалось. Даже в прошлом Махатмы Ганди могли фигурировать мертвые шлюхи и гостиничные номера. И даже не думайте о том, чтобы пренебрегать советом своего духовного учителя по причине того, что он время от времени не прочь отведать колумбийский первый. Мы все — представители различных видов лицемера (или вы рассказывали на собеседовании, что однажды взяли больничный, чтобы весь день рубиться в World of Warcraft?). Не используйте пороки своих героев в качестве оправдания того, что ваши собственные как с цепи сорвались. Ну и наконец, НЕ ПОЗВОЛЯЙТЕ НИКОМУ упрощать для вас этот мир. Мир нельзя сделать простым. Всякий, кто пытается нарисовать мир в простых цветах книжки комиксов, вероятнее всего, пытается использовать вас как пешку в своей игре. Просто помните об этом. Плодитесь и размножайтесь и поступайте так же, чуваки. Копии нашей книжки продаются в фойе submitted by BadaBoomBabay to SafeArea [link] [comments]


2018.01.15 08:45 fergunia Перепланировка жилого дома решения когда большинство стен несущие

Этот путь как бы уводит нас в глубь столетий: сначала перед глазами предстанут здания, свидетельствующие о размахе провинциального градостроительства в XIX веке, затем их сменят скромные каменные постройки, характерные для Костромы второй половины XVIII века, потом пойдут старинные деревянные домики с крылечками и ставнями, традиционные для города еще с петровских времен, и, наконец, откроется выдающийся памятник русской архитектуры XVII века — храм Воскресения на Нижней Дебре.
От Сусанинской площади через сквер на Советской площади пройдем на улицу Чайковского. В XVIII—XIX веках она называлась Ильинской, в первые послереволюционные годы — Бульварной. Уже угловое здание привлекает к себе внимание. В настоящее время в нем размещается гостиница «Центральная» на 250 мест. Само здание построено богатыми костромскими помещиками Карповыми. Многие Карцовы, находясь на обычной для русских дворян военной службе, достигали высоких постов: адмирал П. К. Карцов был участником Чесменского боя 1770 года, а затем командовал отрядом кораблей, действовавших совместно с эскадрой Ф. Ф. Ушакова против французов на Средиземном море. А. П. и П. П. Карцовы — известные генералы, из них первый участвовал в присоединении Кавказа и написал неоднократно переиздававшуюся «Тактику», а последний в русско-турецкую войну 1877—1878 годов прославился захватом Траянского перевала через Балканы и тоже был видным военным писателем. Рано умерший Николай Петрович Карцов — музыкальный критик и композитор, автор многих романсов, в том числе популярного «Внимая ужасам войны».
Дом Карцовых построен в первой трети XIX века. Прошение о разрешении строительства было подано коллежской советницей Карцевой в 1814 году. В нем сказано: «...имею я намерение выстроить в Костроме в 1-м квартале по лицу Кинешемской и Ильинской улиц каменный двухэтажный наугольный дом». Вскоре дом был построен. Он имел скругленный угол, оформленный колонной ионического ордера, по пропорциям и деталям несколько напоминающей колоннаду дома детского приюта (угол ул. Островского и Пятницкой). Позднее, в 60-годах, в доме Карцовых устроили гостиницу «Старый двор». Дела у хозяина пошли хорошо, и примерно в 80-х годах XIX века здание было коренным образам перестроено, увеличено в длину и надстроено до 3 этажей.
Большинство домов по ул. Чайковского вошло в историю города. По соседству с гостиницей находится здание старейшего в Костроме кинотеатра «Художественный», носившего прежде название «Пале-театр». Он был построен в начале XX века предприимчивым дельцом С. К. Бархатовым. Рядам с кинотеатром — здание аптеки. Первая в городе аптека возникла на этом месте во второй половине XVIII века. Долгое время она была единственной в городе и принадлежала частным владельцам, сейчас же в Костроме насчитывается 10 аптек.
В конце XVIII — начале XIX века бывшая Ильинская улица, ставшая одной из центральных в городе, стала застраиваться состоятельными местными помещиками, проводящими лето в усадьбах, а на зиму переезжавшими с семействами и многочисленной дворней в губернский город. Они требовали от архитекторов, чтобы их дома были достаточно удобными для балов и размещения гостей. Один из таких домов (№ 6) принадлежал Рылеевым. Его первым владельцем был видный участник Отечественной войны 1812 года и заграничных походов 1813—1814 годов генерал М. Н. Рылеев. Он приходился довольно близким родственником знаменитому поэту-декабристу К. Ф. Рылееву и не раз оказывал ему покровительство и смелую поддержку.
Через один дом находится здание с выступающим портиком, принадлежавшее в прошлом веке богатым и знатным дворянам Корниловым. В частности, в нем жил известный военачальник, прославившийся удачными действиями в сражении на реке Березине во время Отечественной войны 1812 года П. Я. Корнилов (только малочисленность отряда не позволила ему захватить в плен самого Наполеона). Его сын Иван Петрович — прогрессивный деятель народного просвещения и ревностный собиратель старорусских и славянских рукописей и книг Будучи попечителем Виленского учебного округа, он ввел в литовских школах учебники на родном языке и основал в Вильнюсе публичную библиотеку. В последней трети XIX века дом Корниловых был куплен вдовой богатого фридрихсгамского купца А. Н. Янцен и потому вошел в литературу под именем дома Янцен. Иногда его называют также «Розовый особняк». В здании ярко выражены архитектурные формы классицизма XIX века. Главный фасад имеет четырехколонный портик, выступающий за красную линию улицы, нижний этаж рустован, замковые камни над окнами первого этажа украшены львиными масками. Окна второго этажа размещены в высоких плоских нишах и украшены сандриками и лепкой. Фронтон портика имеет большое полуциркульное окно. Окраска в розовый цвет с выделением белых деталей очень подходит к архитектуре здания.
Миновав этот дом, выйдем на улицу Кооперации, которая больше известна в истории Костромы под именем Нижней Дебри. Дебрями в русском языке называют места, заросшие густым, непроходимым лесом. На месте улицы до XIII века действительно был сосновый, богатый дичью бор. Костромской князь, терем которого стоял на берегу Сулы, ездил сюда на охоту. Так как ежедневно проводить охотничьих собак через лесной бурелом оказалось затруднительным, то расчистили место в конце нынешней улицы и построили там псарню и избы для псарей. Позднее новая слободка соединилась с городом. Лес постепенно вырубили, и о нем напоминает лишь прежнее название улицы. В первые послеоктябрьские годы на ней разместились правления многочисленных кооперативов, и улицу переименовали в ул. Кооперации.
В отличие от улиц Островского и Чайковского улица Кооперации до революции была заселена преимущественно мелкими торговцами и мещанами. На улице нет больших каменных зданий и красивых особняков, хотя в целом она выглядит оригинально.
Обращает на себя внимание второй дом по левой стороне — двухэтажный, деревянный, до недавних пор с резными карнизами. В этом доме протекало детство известного советского драматурга Виктора Розова. В некоторых его пьесах местом действия выбрана Кострома.
Немного дальше, на углу улиц Кооперации и Горной, на месте построенного в начале XX века купцом Днепровым трехэтажного здания находился деревянный дом, принадлежавший Вишневским. Один из них, Ф. Г. Вишневский, участник кругосветного плавания в 1822—1825 годах, сыграл большую роль в восстании 14 декабря 1825 года в Петербурге: он вывел на Сенатскую площадь матросов гвардейского экипажа, приказав им взять боевые патроны, за что был разжалован в солдаты и сослан на Кавказ.
С улицы Кооперации хорошо видно слева сооружение с купольной кровлей, построенное на холме, знакомом старожилам под названием Кадкиной горы. Прежде на этом месте находилась старинная церковь Иоанна Богослова, которая была заново перестроена в 1876 году.
В 1951 году ее переоборудовали под планетарий, который тогда являлся пятым по счету в СССР. Планетарий ведет большую лекционную и пропагандистскую работу.
С историей революционных событий в Костроме тесно связан дом № 14. В нем в полуподвале квартировал юный большевик П. И. Терехин. В 1906 году он руководил налетом боевой дружины на костромскую тюрьму, в результате которого была освобождена группа политзаключенных. Схваченный полицией, Терехин был приговорен царским судом к смертной казни. 18-летний революционер писал перед смертью: «Верю я твердо в те дни, когда на земле не будет ни стонов, не будет ни скорби, ни слез, а будет счастливое царство свободы и будет весь счастлив народ».
От улицы Кооперации начинается подъем на улицу Дзержинского, которая в старину называлась Боровой Дебрей (в отличие от Нижней Дебри), а затем Всехсвятскои улицей (по имени построенной там церкви). В начале ее, на углу Крестьянской улицы, находится здание городской поликлиники, в 20-е годы здесь размещался физиоинститут, возглавляемый видным ученым-медиком Д. Груздевым. На этом месте сначала был дом, построенный в конце XVIII века и принадлежавший статскому советнику Коптеву, который в 1795 году продал его приказу общественного призрения. В 1820 году этот дом был приобретен Костромской гимназией и в 1824 году перестроен по проекту П. И. Фурсова.
По сохранившимся в архиве чертежам Фурсова видно, что на участке был целый комплекс зданий. На углу улиц Всехсвятскои и Борисоглебской (ныне Крестьянской) стоял двухэтажный дом, торцом обращенный на Всехсвятскую улицу, затем с отступом от него располагалось двухэтажное главное здание длиной по красной линии улицы около 25 метров. Середина фасада выделялась небольшим выступом с пилястрами. На втором этаже центральной части был сделан балкон, на который выходили три высокие двери. С балкона открывался великолепный вид на Волгу. Венчающий карниз здания был богато профилирован. Сверху карниза был устроен по длине всего здания аттик (каменный парапет), на котором над центральной частью располагалась скульптурная группа.
Дальше по улице с разрывом от главного здания стоял одноэтажный флигель, сохранившийся до сих пор, правда, в несколько измененном виде. Между зданиями размещались красивого рисунка решетки с воротами и калитками на каменных столбах, украшенных вазонами.
Ансамбль этих зданий запроектирован Фурсовым с присущим ему чувством пропорций и представлял интерес но общей композиции и по деталировке.
В 1834 году, после посещения Костромы царем Николаем I, поступило распоряжение о передаче гимназических зданий под резиденцию губернатора. В 1843 году здания перестроили по проекту губернского архитектора Григорьева. Центральное и угловое соединили в одно и перепланировали. Здание получило существующий ныне вид.
Из костромских губернаторов, проживающих в этом доме, следует выделить А. А. Суворова, внука великого полководца, позднее он занимал пост петербургского генерал-губернатора и отличался своей гуманностью, и С. С. Ланского, будущего министра внутренних дел, сыгравшего важную роль в подготовке крестьянской реформы 1861 года. Костромской период жизни Ланского описан Н. А. Лесковым в превосходном рассказе «Однодум».
Среди остальных губернаторов крупных государственных деятелей не было, а один из них — генерал А. Н. Веретенников — в 1908 году прогремел на всю Россию, подписав, не читая, подсунутое прошение об увольнении его в отставку из-за глупости и неумения справиться с революционерами. Последний костромской губернатор И. В. Хозиков в марте 1917 года прямо отсюда был препровожден в тюрьму.
Это здание и прилегающий к нему сад описаны в «Записках моего современника» В. Г. Короленко, проезжавшего по этапу в ссылку через Кострому в 1879 году и доставленного к здешнему губернатору.
После Февральской революции в губернском доме разместились Советы рабочих и крестьянских депутатов, Центральный Совет профсоюзов и городской комитет партии большевиков. Дом стал называться Домом народа. 29 октября 1917 гада после возвращения из Петрограда делегата II Всероссийского съезда Советов большевиков М. В. Коптева в Доме народа состоялось объединенное заседание Советов рабочих и солдатских депутатов, провозгласивших Советскую власть в Костроме и губернии.
В небольшом флигеле рядом с Домом народа помещалась типография и редакция большевистской газеты «Северный рабочий», начавшей издаваться в июне 1917 года после десятилетнего перерыва.
Спуск с улицы Дзержинского на улицу Кооперации называется Муравьевкой — по имени благоустроившего его В. Н. Муравьева, бывшего в 1852—1853 годах костромским губернатором (распланировал ее П. И. Фурсов). До революции Муравьевка выглядела несколько иначе, чем в настоящее время: она имела три параллельные террасы с аллеями, густо обсаженными кустами сирени, акации и чайного дерева. На выступах, или бастионах, аллей стояли старинные чугунные пушки, перевезенные сюда со стен кремля, — они имели, конечно, чисто декоративное назначение.
В начале бульвара, на горе, где сейчас построен четырехэтажный дом с полукруглыми выступами — эркерами, стояла церковь Бориса и Глеба, построенная в 1800 году, а в конце, на площади, возвышалась Всехсвятская церковь. Муравьевка имела очепь красивый вид с Волги.
С верхней аллеи Муравьевки открывается двор дома № 26 по улице Кооперации. Там был флигель (снесен несколько лет назад), где находилась в 1901—1902 годах явочная квартира агентов газеты «Искра». Адрес этой конспиративной квартиры дала О. А. Варенцовой Н. К. Крупская — о ней, очевидно, знал и В. И. Ленин. Сюда поступали корреспонденции о революционном движении в Костроме, которые затем переправлялись за границу.
Рядом с домом губернатора на ул. Дзержинского расположен дом, принадлежавший генералу Н. И. Петрову. В молодости он участвовал в Отечественной войне 1812 года, сражаясь в партизанском отряде, позднее служил начальником штаба на Кавказской линии и в Причерноморье. Петров был женат на двоюродной сестре матери М. Ю. Лермонтова. Великий русский поэт в ссылке на Кавказе жил в его доме и называл его «любимым дядюшкой» . После отъезда Петровых в Кострому Лермонтов переписывался с ними, а в 1840 году послал автограф стихотворения «Последнее новоселье». Михаил Юрьевич дружил с сыном П. И. Петрова — Аркадием, впервые поставившим на сцене с актерами-любителями драму Лермонтова «Маскарад».
Через два дома в большом кирпичном здании размещаются Костромской обком КПСС и исполком областного Совета депутатов трудящихся, занявшие его вскоре после образования Костромской области в августе 1944 года. Само здание построено сравнительно недавно. Еще в конце XIX века здесь стоял деревянный дом, принадлежавший эконому местной гимназии П. И. Сергееву. Выиграв в лотерею значительную сумму денег, Сергеев пожертвовал дом и земельный участок епархиальному ведомству, которое в начале нынешнего века воздвигло на этом месте корпус женского епархиального училища. Здесь дочери духовных лиц готовились к учительствованию в церковноприходских школах.
После Октябрьской революции и ликвидации училища здание передали текстильному рабфаку, где обучались взрослые рабочие и крестьяне, поступающие затем в вузы. С 1932 года в этом же помещении находился Костромской текстильный институт. В годы Великой Отечественной войны здесь размещался госпиталь.
Костромской текстильный институт, преобразованный после войны в технологический институт, был перемещен в следующее по улице здание, которое вошло в историю города. Построенное в конце XVIII века, оно предназначалось под губернаторскую квартиру. Во второй четверти XIX века здание обветшало и к приезду Николая I в октябре 1834 года имело такой непрезентабельный вид, что не могло быть предложено в качестве царской резиденции, и Николай останавливался в доме Борщова.
Вскоре последовало царское распоряжение, «...чтоб сей дом нынче же был сдан в ведомство Министерства народного просвещения, дабы отделать его для гимназии с пансионом, к чему он весьма удобен, а взамен того нынешний дом гимназии отдать для помещения губернатора, сделав в нем нужные переделки».
В здании сохранилась чугунная парадная лестница красивого рисунка и тонкого литья.
Среди обучавшихся здесь гимназистов можно назвать ставших известными всей России писателя А. Ф. Писемского, металлурга К. П. Поленова, критика и публициста Н. К. Михайловского, ботаника К. К. Косинского, полярного исследователя А. Н. Жохова, философа В. В. Розанова, революционера и наркома В. Н. Толмачева, геолога А. А. Полканова и многих других.
После революции на базе гимназии была образована средняя школа имени Энгельса, часть же -здания передана педагогическому училищу, а затем вновь созданному в 1939 году учительскому институту имени Н. А. Некрасова, который находился здесь до начала Великой Отечественной войны. После войны здание надстроено на один этаж: средняя часть — до 4 этажей, а боковые крылья — до 3.
Костромской технологический институт — самое крупное учебное заведение города. На трех факультетах института — технологическом, лесомеханическом и механическом — обучаются тысячи студентов. Большое число специалистов готовится на вечернем отделении и заочном факультете. Среди выпускников института есть инженеры — специалисты по прядению натуральных и химических волокон и ткачеству, технологии лесообработки и автоматизации и комплексной механизации химико-технологических процессо!в, первичной обработке волокнистых материалов и по машинам и аппаратам текстильной промышленности. Учебные лаборатории института оснащены новейшими аппаратами и машинами. В институтской библиотеке насчитывается 200 тысяч томов специальной и общеобразовательной литературы. Специальная научно-исследовательская лаборатория и экспериментальная мастерская института выполняют опытно-конструкторские работы по заказам предприятий. Десятки преподавателей института имеют ученые степени докторов и кандидатов наук, многие из них закончили аспирантуру и защитили диссертации в самом институте. Выпускники Костромского технологического института плодотворно трудятся на фабриках и заводах нашей страны.
Рядом с технологическим институтом, на углу улиц Дзержинского и Овражной, находится здание, в котором во время Великой Отечественной войны располагалась эвакуированная из Ленинграда Военно-транспортпая академия. Само здание построено уже в годы Советской власти для общежития текстильного института. Прежде на его месте стоял деревянный домик причетчицы Аеаткиной. Живший с нею сын А. Н. Асаткин стал впоследствии крупным революционером-болыпевиком, был делегатом V (Лондонского) съезда РСДРП. После революции он занимал важные государственные и партийные посты: первый секретарь Владимирского губкома ВКП(б), председатель Приморского крайисполкома, торгпред в Японии и др., неоднократно избирался кандидатом в члены ЦК КПСС.
Овражная улица до революции называлась Дворянской — на ней селились дворяне, владевшие поместьями под Костромой; до сих пор на улице сохранились их деревянные особняки в 6—8 окон по фасаду с антресолями, вместительными дворами и тенистыми садами. Именно здесь стояли дома первого директора Костромского театра, адъютанта Костромского ополчения в Отечественной войне 1812 года А. Ф. Чагина, родственника гениального русского поэта А. С. Пушкина — Александра Львовича Пушкина, сенатора С. П. Татищева и др.
При переходе с ул. Дзержинского на Овражную обращал на себя внимание высокий одноэтажный дом со стрельчатыми окнами, огороженный забором. Прежде в нем жил известный земский деятель, депутат 3-й Государственной думы В. С. Соколов.
Спустившись вниз с горы опять на ул. Кооперации и осмотрев причудливое здание онкологического диспансера с геральдическими изображениями на фронтоне, построенное обществом Красного Креста к 300-летнему юбилею династии Романовых в 1913 году в псевдорусском стиле, повернем налево. И почти сразу, возвышаясь над крышами низких деревянных домиков, вырастет величественное сооружение XVII века — церковь Воскресения на Дебре.
В XVII веке Кострома была одним из наиболее крупных и экономически развитых русских городов и вела оживленную торговлю с заграницей, прежде всего с Англией. Часть нажитых богатств костромские купцы тратили на строительство различных, предпочтительно культовых, сооружений. Церковь Воскресения на Дебре построена в 1652 году на средства богатого купца К. Г. Исакова.
Первоначально на месте церкви Воскресения на Дебре находилась деревянная церковь с таким же названием, сооруженная в XIII илп XIV веках, вокруг нее рос густой лес. Позднее лес был вырублен, а земля занята огородами посадских людей.
Церковь Воскресения на Дебре построена в середине XVII века, когда после разрухи Смутного времени каменное строительство на Руси получило широкое распространение.
В то время из кирпича и белого камня — известняка начали строить не только крепостные стены кремлей и монастырей, но и церкви в посадах, и жилые дома богатых горожан. При строительстве церквей обычно подражали архитектуре московских храмов. Однако, перенимая общую композицию, зодчие придавали своеобразную художественную трактовку деталям, связанную с характерным для данной местности декором народной архитектуры и прикладного искусства. На композицию здания влиял также и окружающий ландшафт, в который вписывалось сооружение.
Особенно своеобразными по своей архитектурно-худо-жественной трактовке были храмы, строящиеся на средства посадских людей. Как правило, они всегда отличались какой-то особой жизнерадостной нарядностью. Небольшие, богато и своеобразно декорированные посадские церкви как бы противостояли строгой монументальности официальных монастырских соборов. Это можно легко проследить, если сравнить между собой строившиеся одновременно Троицкий собор Ипатьевского монастыря и церковь Воскресения на Дебре.
Своеобразие последней во многом сохранилось до наших дней, несмотря на значительные переделки, которым подвергался памятник за 300 с лишним лет своего существования.
Здание представляет собой почти кубический объем, поднятый на высокий подклет и окруженный с трех сторон галереями. В конце северной галереи имеется придел — дополнительное помещение для богослужения, как бы еще одна маленькая церковка, пристроенная к главному храму.
Придел носит название Трехсвятительского, то есть посвящен трем святителям — Василию Великому, Иоанну Златоусту и Григорию Богослову.
С севера, запада и юга на галерею ведут крыльца, перекрытые сводами, на которые установлены декоративные кирпичные шатры с главками. Первоначально арки под-клета, галереи, а также ползучие арки, на которых устроены крыльца, были открытыми. Кровля здания была устроена по закомарам, то есть по полукружиям, которыми завершаются стены четверика. Традиционные лопатки на стенах четверика в церкви Воскресения заменены спаренными полуколоннами, которые поставлены не только по углам здания, но и между окнами четверика. Карниз, отделяющий закомары от поля стены четверика, имеет сочную и не совсем обычную профилировку.
По красной линии улицы поставлены ворота, являющиеся одновременно и главным входом в церковь, и въездом на участок. Арки ворот опираются на приземистые столбы-кубышки. Над воротами поставлены в ряд три декоративных кирпичных шатра на восьмигранных барабанах с кокошниками. Шатры завершены маленькими главками, которые первоначально были крыты поливной черепицей.
Карниз ворот имеет те же декоративные элементы, что и карниз четверика. Над арками в поясе карниза размещены небольшие живописные изображения. Поле стены ворот украшают крупные ширинки, в которые вкомпонованы мастерски выполненные резные клейма из белого камня с изображениями сказочных птиц и зверей. Особенно хороши рельефы, где изображены птицы — неясыть, рвущая свою грудь, и феникс «с ликом девы».
Первоначально ворота не соединялись с церковью. Позднее, очевидно в конце XVII века, к западному крыльцу были приложены боковые стенки, соединившие ворота с западной папертью. У церкви стояла колокольня. В 1801 году рядом строилась зимняя церковь с новой колокольней, и древнюю колокольню разобрали.
Значительным переделкам подвергалась церковь Воскресения в 1871—1873 годах. С восточной стороны была пристроена для екатерининского придела в конце южной галереи еще одна алтарная апсида, переложены своды галереи, а также расширены и увеличены по количеству окна в четверике. По всей вероятности, к этому же времени относится и пестрая в шашку раскраска церкви. Первоначально цветными были только живописные изображения в полукружиях закомар, в нишах придела и над воротами. В интерьере церкви в западной и южной галереях, в центральном барабане четверика и в северном Трехсвятительском приделе сохранилась древняя стенопись XVII века, представляющая большую художественную ценность. При перестройке стены церкви были заново расписаны «благолепной» ремесленной масляной живописью. При этом расписывались не только стены, не имевшие живописи, но записывалась и сохранившаяся древняя стенопись.
В 1956—1959 годах проведена реставрация с расчисткой из-под масляной записи древней стенописи в галерее церкви, а в 1964—1966 годах—в Трехсвятительском приделе. Замечательное творение древних художников-костромичей вновь возвращено к жизни.
В южной галерее стенопись посвящена изображению библейских сцен сотворения мира, а также сцен из жизни Адама и Евы.
В западной галерее на стене четверика изображены сюжеты из Апокалипсиса. Стенопись Трехсвятительского придела посвящена изображению сцен из жизни Василия Великого, а также деяниям и страстям апостольским. В нижней части северной стены придела между окон помещено изображение сидящего Христа, дальше — фигуры святых мучеников и митрополитов, в том числе Кирилла Александрийского, покровителя Кирилла Исакова, строившего храм.
Выдающуюся художественную ценность представляет собой резной иконостас XVII века в Трехсвятительском приделе. Резьба с мелким рельефом поражает сложностью рисунка. Она покрывает сплошным ковром царские врата, колонки, тябла. Позолота резьбы выделена цветным сипим и красным фоном поля. Нижнее тябло иконостаса поддерживается колонками с завершением в виде рук.
Иконостас в главном храме сделан заново в середине XIX века. Иконы в иконостасе Трехсвятительского придела, в главном иконостасе и в киотах у столбов четверика относятся к древнему времени. Большинство из них заслуживает внимания по художественной ценности письма. Самыми древними из них являются две иконы: одна с изображением поясного Спаса-Вседержителя на северной стене четверика в продолжении праздничного ряда иконостаса, датируемая XV веком, и другая, стоящая в отдельном киоте, сделанном, по-видимому, в XVIII веке, особо чтимая верующими, — икона XIII века Феодоровской богоматери, с которой связаны многие местные легенды и предания. Икона двусторонняя. Лицевая ее часть закрыта ризой и поэтому недоступна для обозрения, а с обратной стороны за стеклом можно видеть изображение Параскевы Пятницы, выполненное с большим лаконизмом графического и цветового решения, так характерным для древних мастеров.
В интерьере церкви обращают на себя также внимание порталы входов в четверик и в Трехсвятительский придел. Их колонки украшены белокаменными вставками с искусно вырезанным орнаментом. Кованые железные двери западного входа имеют запор в вид© витой из железа веревки, удивляя нас искусством древних кузнецов.
Можно сказать, что все сохранившееся в этом памятнике — от его первоначального декора и убранства — настоящее, подлинное искусство.
Калерия Густавовна Тороп.
submitted by fergunia to Kostroma [link] [comments]


2016.02.22 16:51 Pora_Sezhat Решения большинство жилого когда перепланировка стен несущие дома

В культурном смысле Австралия - это импровизированный филиал Англии, только с примесью американских черт и азиатского колорита. Английская культура всегда обладала для меня особым шармом. Мне казалось, что здесь-то я смогу вписаться с большей легкостью, нежели, например, прижиться где-то в Европе, подтянув свой немощный, но присутствующий в анамнезе французский.
Я переехала в Мельбурн в июне 2012 чтобы начать учебу в RMIT - Мельбурнском Королевском Институте Технологий. Как Бакалавра Искусств меня интересуют профессии, с этим икусством связанные. В Австралии больше возможностей для работы музыкальным фотографом/режиссером. Здесь существует своя музыкальная инфраструктура и широкая сеть онлайн-изданий. Количество концертов и туров зарубежных исполнителей несоизмеримо с Петербургом. Не говоря уже о том, сколько здесь местных групп.
Мы наслышаны об Австралии как о зеленом материке с прекрасным климатом, где пасутся стада кенгуру, а на эвкалиптах зевают пушистые коалы. Всего этого, конечно, не отнять. Но объективно говоря, городской житель редко пересекается с этими прелестями.
Зато в черте города обнаруживаются свои плюсы: модернизированный общественный транспорт, современная архитектура в центре, интересный и функциональный дизайн городских пространств, большое количество ухоженных парков. Каждому питерцу знакомо чувство, когда боишься ненароком прислониться к стене или сесть на скамейку, так как почти все поверхности в городе покрыты ровным слоем грязи. В Австралии с экологией дела обстоят лучше. И воздух удивительно душистый и свежий - это первое, что я замечаю, возвращаясь сюда из Европы. А еще на улицах куда меньше курильщиков. Даже страшно вспоминать, какие кровавые способы расправы я продумывала по пути в СПбГУ, когда передо мной вышагивала целая рота никотинозависимых товарищей.
Свобода взаимодействия с городом сказывается на установке "мой дом - моя крепость", так что общественные места тоже становятся частью твоего мира. Скверы, парки, уличные кафешки, торговые центры открытой планировки: все это предоставляется в свободное пользование. К тому же меня прельщает дизайн городских пространств: интересные архитектурные решения, яркие цвета, креативная реклама. В результате я стала гораздо больше времени проводить на улице. Из минусов - разве что палящее ракозаразное солнце, от которого неустанно напоминают прятаться и мазаться. По улицам рассекают трамваи с социальной рекламой в духе "Солнце - враг твой! Не будь тупым - не загорай!". И это не преувеличение. Лично мне процедура нанесения крема очень не нравится, он пачкает одежду и делает кожу скользко-липкой. При +35 это доставляет особенно яркие ощущения. Но главная цель - не уберечься от ожога, а защитить себя от опасных УФ лучей, провоцирующих рак кожи. Не совсем понятно, мажутся ли кремом большинство австралийцев, но, судя по оттенкам кожи, многие этой простой мерой предосторожности пренебрегают...и к 70 годам рак кожи находят у одного из трех австралийцев.
Климат в Мельбурне не столь жаркий, как в северной части Австралии, лето длится примерно с ноября по март. Тогда же официально открыт купальный сезон, хотя температура воды в течение года не сильно колеблется. В Мельбурне достаточно пляжей с чистым берегом и мелким песком. Однако не будучи фанатом морской воды, за все лето я могу ни разу не наведаться на побережье, до которого от центра всего 30 минут на транспорте.
Зимой температура воздуха колеблется между 2-16 градусами тепла, и за ночь можно изрядно продрогнуть, так как центрального отопления в квартирах не предусмотрено. Из-за однослойных окон и тонких стен, которые здесь так распротранены, кондиционером прогреть квартиру почти нереально. Так что зиму нужно просто перетерпеть, а за 2-3 месяца при комнатной температуре 16 градусов вы повторите подвиг ДиКаприо в "Выжившем". Кстати, многоквартирные дома здесь тоже в диковинку, и считаются социальным жильем. На одном из занятий кто-то из моих однокурсников продемонстрировал фотосессию, отснятую на фоне многоэтажки, что вызывало немало интереса и комментариев вроде «Выглядит так оригинально!».
Гуляя зимой по улице замерзнуть тут сложно, при условии, конечно, что оденешься соответствующе Питерскому октябрю. На австралийцев в шлепках, балетках и легких кардиганах равняться не стоит. Пусть мерзнут в одиночестве, а нам, северянам, это не на пользу. В общем и целом - это шикарный вариант зимы. Вероятно, существует она исключительно для того, чтобы сделать передышку от жаркого лета и дать модникам возможность пощеголять в стильных осенних пальто. И еще чтобы кофейни могли завлекать постояльцев призывами "согреться чашечкой горячего латте этим холодным зимним вечером".
Единственный реальный недостаток инфраструктуры - это расписание метро. За исключением часа пик, днем поезда ходят раз в 20 минут, вечером - раз в полчаса. Поэтому каждый выход из дома надо планировать заранее. Да, чище, современнее и просторнее. Но черт, почему же так редко? В Питере об этом даже задумываешься, просто спускаешься в метро и садишься на поезд через 1-3 минуты. Проезд стоит $7.80 в сутки (или половина этой стоимости за двухчасовую поездку). Еще можно купить проездной на месяц, тогда цена упадет до $4.70 в день.
Центр Мельбурна совсем небольшой, и устроен по принципу сетки (подобно линиям Васильевского острова). Во все стороны от центрального делового района простираются пригороды, этакие мини-поселения: со своей станцией метро, главной торговой улицей, библиотекой, почтой. Застройка в основном одно-двухэтажная, но участки далеко не такие большие, как в американских фильмах: земля здесь дорогая, и люди ограничиваются более скромными жилищами с небольшим садом. Впрочем, недостатка в зелени тут не наблюдается, ведь по всему городу устроено много парков и заповедников, переходящих из одного в другой. Особенно облагораживают прибрежные зоны - как речные, так и у залива. Что касается менталитета - поначалу мне казалось, что люди здесь более открыты, чем в России, но на деле это лишь ни к чему не обязывающая приветливость, а философские разговоры за жизнь здесь вести не столь принято. Как и показывать свои истинные эмоции: выражение лица должно держаться в рамках приветливо-нейтрального, что бы ни случилось. Здесь проповедуется что-то вроде лозунга “Выгляди счастливым - будь счастливым”. В лучших традициях западной психологии.
Забавный момент: в первые же недели после приезда мне дважды попадались люди, раздающие торты. Как-то раз по вагону метро ходила приятная молодая австралийка с тортиком в руках. Некоторые, конечно, в шутку спрашивали, что она в него подмешала, но на свой страх и риск все равно угощались. Какая-то женщина тоже попробовала, задумалась, а потом даже сбегала за остатками торта, чтобы забрать домой.
Еще отсутствует та привычная русскому человеку волна негатива, который нужно отражать и фильтровать. Уж не знаю, почему русские ведут себя более беспардонно, хотя и были взрощены на плодородной почве великой отечественной литературы. В Мельбурне общая атмосфера дружелюбнее, люди более склонны помогать и уступать незнакомцам. Когда приближаешься к киоску - заранее начинаешь улыбаться продавцу, что в России, например, воспринимается дико (как и во Франции, почему-то). Хотя, признаюсь, когда кто-то доводит тебя до белого каления - порой жалеешь, что нельзя просто рявкнуть в ответ, подобно кассирше на Почте России. Не мудрено, почему даже собаки здесь более расслабленные и дружелюбные. В Питере у меня была почти что фобия. Чего стоил один наш сосед, который, завидев меня еще издалека, говорил своему черному старенькому спаниэлю "Взять её! Кхе-хе-хе!". Понятно, что пес просто начинал гавкать и суматошно носиться кругами, но мне и этого хватало, чтобы почувствовать себя в опасности. Вот зачем так поступать?
Местная флора и фауна делает проживание в Австралии более вдохновляющим. В каждый сезон здесь цветут разные растения, и даже зимой можно наблюдать зеленую листву с буйством красок и ароматов. Кстати, из-за этого так много местных жителей страдает сенной лихорадкой по несколько раз в году, что я с прискорбием испытала и на себе. Иногда это выражается в слезоточивости и горящей коже лица, иногда в аллергическом насморке. Ничем подобным я в Питере не страдала.
Уже в 6 километрах от центра города чуть ли не тише и спокойнее, чем в российской глубинке. И единственное, что нарушает безмятежность - это буйное птичье пение по утрам. Экзотические породы голубей и "шумные шахтеры" верещат в кустах, подражая то ли факсу, то ли модему, и носятся по подъездным дорожкам возле дома. Еще может разбудить лай соседских собак или ночные стычки поссумов, сопровождающиеся ворчанием и рычанием. Поссумы - мои личные любимчики. Первое время я специально ходила в парк с пакетами моркови или яблок, чтобы покормить этих сумчатых зверьков. Сейчас ограничиваюсь тем, что просто рассматриваю их пугливые физиономии в свете фонарика, если по дороге домой слышу шебуршание где-то на ветке дерева. В центре города их особенно много в Fitzroy Gardens и Calton Gardens, так что любители животных могут наведаться туда после заката с овощами или фруктами (хотя официально кормить их запрещено, так как большинство туристов пичкают их губительными булочками или еще чем-то неудобоваримым).
С местными жителями почти всегда актуально обсудить погоду, поскольку Мельбурн обладает той же скверной репутацией, что и Петербург: погода здесь капризная, переменчивая и мстительная. Любое сравнение с Сиднеем (в пользу Мельбурна, естественно) тоже прибавит вам бонус-баллов и вызовет одобрение среди местных. Ну и еще один животрепещущий вопрос - это, конечно же, политика, а в частности, политика премьер-министра Тони Эббота. Его поддерживают провинциальные жители, но категорически не терпят просвещенные горожане. Хотя вообще-то жаловаться в Австралии не принято, и после каждого гневного высказывания, коли уж оно вырвалось, стоит добавлять “Но это лично мое мнение”, или “Возможно, я преувеличиваю”. Вообще, если у вас нет проблем с актерским мастерством, то просто выкручивайте ручку энтузиазма до упора, и о любом событии рассказывайте так, словно на тот концерт или фильм вы сходили после годовалого заточения в темнице, настолько вас это мероприятие впечатлило. В окружении оглушительно щебечущих австралийцев подобный тон никто не сочтет наигранным.
Один из крупных минусов Австралии - это ограниченный ассортимент почти во всем наряду с высокими ценами. ИКЕЯ, например, предлагает куда более скудный выбор товаров, чем можно найти в Питере. То же относится почти ко всем магазинам, включая продуктовые.
Источник: http://pora-valit.livejournal.com/4370057.html
submitted by Pora_Sezhat to pora_valit [link] [comments]


https://bit.ly/36MpOrt